Книга В тени пирамид, страница 14 – Иван Любенко

Тимофей протянул руку, чтобы взять эскиз, но Славин остановил его:

– Трогать нельзя! Просто посмотри и ответь.

– Первый раз вижу.

– Уверен?

– Вот вам крест, ваше высокоблагородие!

– Понятно… Расписываться умеешь?

– Да, этому я с детства обучен.

– Тогда ставь здесь подпись.

Подшеваев взял у следователя перо, основательно макнул в треснутую чернильницу, стоящую на блюдце с отбитым краем, и старательно вывел галочку, перечеркнув её крестом. С довольным видом он вернул перо следователю.

– Это что за абракадабра? – недовольно проворчал надворный советник.

– Сие есть мой фамильный вензель.

– Вензель? – усмехнулся следователь. – Пока не уезжай из города. Если понадобишься, вызовем ещё раз продемонстрировать твои художества.

– А это мы завсегда с почтением.

– Ступай-ступай, письмоводитель со Второй Станичной, – сострил чиновник.

– Вопросец имеется, ваше высокоблагородие, позволите?

– Давай.

– Мне покойник денег задолжал. У меня и расписка его есть. Дозвольте имущество скрипача нам оставить? Родственников у музыканта всё равно нет. Померли они от холеры.

– Это ты с полицией решай. Мне скрипка не нужна. Оснований для приобщения её к делу не имеется.

– Премного вам благодарен, ваше высокоблагородие!

– Жену позови. Я её тоже допросить обязан.

– Сию минуту.

Беседа с хозяйкой дома не заняла много времени. Женщина повторила то же, что и поведал её муж.

Отпустив её, Славин повернулся к доктору и спросил:

– Вы закончили, Михаил Яковлевич? Что скажете?

– Всё очевидно с первого взгляда. Смерть наступила вчера вечером, между семью и десятью часами, в результате отравления. Вид яда можно будет установить в результате вскрытия. Труп надобно доставить в больницу.

– Получается, квартирант написал записку, напихал в себя всякой гадости и лёг умирать в страшных муках? Потом у него началась рвота, испражнения, потеря сознания… Как-то неестественно, господа, это выглядит, – со вздохом проговорил пристав.

– По-моему, всё сугубо ясно, – развёл руками следователь. – Скрипач Несчастливцев входил в число людей, кои имели свободный вход в особняк господина Папасова. Он есть в этом списке. Покойный давал уроки музыки младшему сыну Николая Христофоровича и, выждав момент, когда купец будет отсутствовать, – подменил рисунок Леонардо да Винчи. Вернувшись, Папасов обнаружил подмену и обратился в полицию. По факту кражи мною возбуждено уголовное дело и начато расследование. Новость появилась уже и в «Северном Кавказе» в разделе «Происшествия». Узнав об этом, Несчастливцев испугался, написал предсмертную записку с текстом: «Я вор. Простите», а потом совершил самоубийство, выпив какой-то яд, – Славин взял в руки лист бумаги с творением великого Леонардо и, повернув обратной стороной, заметил: – Я не сомневаюсь, что это подлинник, потому что, по словам Папасова, на обороте оригинала текст был написан зеркально – справа налево, а не наоборот, как на подделке. И здесь, как вы можете убедиться, всё выполнено подобным образом, поскольку, как известно, Леонардо да Винчи был левшой. Видите?

Присутствующие приблизились к столу и уставились на шедевр.

– Что ж, тогда остаётся вызвать господина Папасова и предъявить ему эскиз. Если он его признает, то дело о краже рисунка можно прекращать, – вымолвил товарищ прокурора.

Помощник полицмейстера щёлкнул крышкой карманных часов и сказал: