Книга Черный Арагац, страница 47 – Иван Любенко

— Вам не плохо, Клим Пантелеевич?

— Мне очень хорошо, Михаил Романович.

— Ну что, может, уже хватит? Пойдём отдыхать по своим комнатам?

— А мы кофе ещё не пили. Мне, пожалста, с шартрезом, — вставая, едва выговорил студент. — Покину вас на минуту. Душно здесь.

Ардашев нетвёрдой походкой поплёлся в сторону выхода.

Тарасов поманил официанта.

— Два кофе с шартрезом и «приговор». Один на двоих. И быстро.

— Не извольте беспокоится.

Минут через десять Клим появился. Свежий воздух пошёл ему на пользу.

— А вы уже и кофе заказали? — спросил он, усаживаясь и доставая бумажник. — Надо бы расплатиться.

— Нет-нет! Я уже рассчитался.

— Так не пойдёт, — твёрдо сказал студент и положил на стол красненькую. — Возьмите.

— Ни в коем случае!

— Я настаиваю.

— Нет, нет и нет, — взмахнул руками штукмейстер.

— Вы хотите, чтобы мы опять поссорились? — ледяным голосом произнёс Ардашев, глядя на Тарасова немигающим взглядом.

— Ну хорошо. Уговорили, — вздохнул собеседник, и червонец исчез в его портмоне. — А вы, смотрю, держитесь молодцом. Столько выпить!

— Свежий донской ветер помог.

— А вы давно в Ростове? — прихлёбывая кофе, поинтересовался Тарасов и закурил.

— Нет. Третий день.

— Что вас сюда привело?

— Коммерция. Отец попросил товар получить и отправить.

— И что же? Удалось?

— Да.

— Собираетесь уезжать?

— Нет, к сожалению. Не могу теперь.

— Отчего же?

— Убили сослуживца отца. А я хочу отыскать убийцу.

— Но вы же не полицейский.

— Пообещал.

— Как же можно такое обещать? Да и зачем? Вы же не судебный следователь.

— Нет, не следователь, но я всегда нахожу убийц.

— В самом деле?

— Да. В позапрошлом году я раскрыл преступления в Лондоне, в прошлом — в Ставрополе. Теперь вот попробую в Ростове.

— В Лондоне? Я не ослышался?

— Нет.

— И как вас занесло же в такую даль?

— Университет послал в научную командировку.

— Но как у вас это получается?

— Трудно сказать, но, зная азы судебной медицины и разбираясь в логике человеческих поступков, поверьте, это можно сделать.

— Логика человеческих поступков — это как понимать?

— Если простые обыватели поступают сообразно своим желаниям или порокам, то преступник действует, исходя из одного стремления не попасться в руки правосудия, что в корне отличает его от основной людской массы. Этим он выделяется на фоне других, точно стоит под газовым фонарём. И я его вижу. Мне остаётся лишь собрать доказательства причастности его к убийству, краже или разбою. Поверьте, здесь всё не так уж сложно, как может показаться на первый взгляд.

— Вы не перестаёте меня удивлять, — выпустив облачко дыма, сказал фокусник. — Ещё десять минут вы едва держались на ногах, а сейчас рассуждаете как профессор на лекции.

— Улица и кофе взбодрили меня.

— Согласитесь, мы неплохо посидели.

— Безусловно. Но мне не стоило так много пить. Утром я буду проклинать себя за лишние рюмки.

— Нет худа без добра. Вроде бы ещё недавно мы были врагами, готовыми стреляться, а теперь вот — приятели, — улыбнулся Тарасов.

— Исключительно рад знакомству, Михаил Романович, — протянул руку студент.

— Взаимно, Клим Пантелеевич! — ответил на рукопожатие фокусник и потушил папиросу.

— Пора уходить.

— Вы правы. У вас какой нумер?

— Двадцать шестой, на втором этаже.

— А у меня сорок четвёртый, на третьем. Может, на прощание всё-таки по рюмке коньяку, а? Клим Пантелеевич?