Книга Красный кардинал, страница 104 – Елена Михалёва

Танцевали и сёстры Шагаровы. Наденька веселилась при этом особенно. Анна же сохраняла чинный и благородный вид. Впрочем, их молодых людей, высоких и широкоплечих юношей, это нисколько не смущало.

В кавалере Эмилии Драйер отчётливо угадывался студент. Не столько из-за круглых очков в золотой оправе, сколько из-за телосложения вообще. Юноша выглядел изящным и холёным.

А вот новый партнёр по танцу у Быстровой своими чернявыми усами, озорно подкрученными вверх, напоминал гусарского поручика. Костюм стрельца на нём только усиливал ассоциацию.

Княжна Голицына кружилась в центре зала, как настоящая царевна. Её кавалера Варя узнала сразу. Это был один из её кузенов по матери. Он частенько приглашал Венеру Михайловну во время балов, чтобы как бы невзначай обсудить важные семейные новости.

Но Воронцову привлёк молодой человек в боярском наряде, которого из-за меховой шапки с парчовым верхом она признала, лишь когда он обернулся. На нём был расшитый изумрудно-зелёный кафтан с высоким воротником-козырем и полами до колен, подпоясанный широким кушаком из рубинового бархата с золочёными кистями. А ещё остроносые сафьяновые сапоги, в которые были заправлены широкие тёмно-серые шаровары. В таком одеянии статный, аристократичный Герман Обухов со слегка утомлённым взором и жёсткой линией губ выглядел не просто боярином, а настоящим королевичем.

Впрочем, всякая усталость стёрлась с его лица, едва их с Варей взгляды встретились.

Герман Борисович что-то сказал своим собеседникам, попрощался коротким наклоном головы и направился прямо к Воронцовой.

– Варвара Николаевна, моё почтение, – он поклонился, после чего подал руку. – Вы позволите?

– Герман Борисович, рада встрече, – борясь со вскипевшим волнением, как можно сдержаннее, ответила Варя.

Обухов запечатлел вежливый поцелуй на её руке. Поднял глаза, серо-зелёные и проницательные. Но руку не отпустил.

– Вы превзошли всех, не побоюсь признаться. – Его губы тронула улыбка, которая могла бы оказаться шире, если бы не толпа свидетелей вокруг. – Кто шил ваш восхитительный костюм?

– Я сама.

Брови Германа приподнялись.

– В таком случае моей похвалы недостаточно, потому как подобное мастерство стоит оценить втройне высоко, – он улыбнулся отчётливее.

– Благодарю вас. – Варя присела в реверансе, продолжая держать Обухова за руку.

– Смею я надеяться, что вы подарите мне танец?

– После столь лестной оценки моих скромных навыков – разумеется. – Выражение лица Воронцовой было благопристойным настолько, что от напряжения у неё свело скулы. Ни тени кокетства, дабы избежать ненужного внимания.

Они отошли в сторону и дождались следующего танца. Им оказался вальс-гавот – не самая удобная обстановка для беседы и перешёптываний, но выбирать не пришлось.

Едва Герман Борисович вывел её на паркет, Варя чуть слышно произнесла:

– Я боялась, что вы не придёте.

– Как я мог?

Мимо замелькали прочие пары, разгорячённые танцами и опьянённые музыкой, совершенно очарованные друг другом и этим вечером. Негромкий гул голосов и смех смешивались с весёлыми звуками быстрого вальса. Из-за карнавальных костюмов атмосфера бала становилась всё сказочнее и прелестнее с каждой минутой. Но только сейчас, рядом с серьёзным Обуховым, Варя вдруг почувствовала себя уверенно. Будто оказалась подле надёжного защитника – именно такое впечатление производил молодой граф.