Книга Красный кардинал, страница 99 – Елена Михалёва

Мариночка как бы невзначай потянула Варю за собой.

– Хочешь пирожное? – шепнула подруге Воронцова.

– Хочу получше рассмотреть костюмы и людей. – Быстрова хитро улыбнулась и тише добавила: – До меня дошёл слух, что сегодня можно встретить кого-то из великих княжон. Если так, то любопытно, кем они нарядятся.

Варя только снисходительно улыбнулась. В возможность встречи с настоящими царевнами вот так, среди праздника для институток и студентов, она верила слабо. Однако же разочаровывать Марину не спешила. В конце концов, среди гостей она замечала многих знакомых. Приметила друзей старшего брата и одну пожилую баронессу – подругу матушки, которая не скупилась на пожертвования в пользу монастырей и сиротских приютов. Подобные ей люди масок не носили, а молодёжи улыбались со всей отеческой искренностью. Как люди, которым нравилось видеть плоды своих трудов и счастливые юные лица. Благодаря их протекции и состоялся этот праздник в начале учебного года в столь красивом месте. Благодаря им же подавали угощения и звучала музыка.

Вот только Германа Обухова нигде не было видно, но Варя не теряла надежды, что он обязательно объявится до завершения бала. Если только ему удалось достать приглашение.

Воронцова не исключала и другой возможности: Яков мог не доставить послание вовсе. Или же Герман ничего толком не разузнал. Что делать в последнем случае, Варя не представляла. В одном Яков был прав: история опасная, ей нужно выпутываться, несмотря на мнимое затишье. Ничего хорошего оно не сулило. Поэтому она и поглядывала на гостей как бы невзначай, а сама искала среди них младшего Обухова.

Варе пришлось поприветствовать баронессу со всем подобающим почтением и терпеливо выслушать приветы и пожелания, которые та просила передать Капитолине Аркадьевне. Баронесса сокрушалась, что графиня Воронцова пропустила подобной красоты мероприятие. Затем, к счастью, она отвлеклась на своих протеже, и Воронцовой удалось ускользнуть, воспользовавшись моментом.

Вместе с Мариной Быстровой они пообщались с её тёткой, затем поприветствовали начальницу Екатерининского института в компании незнакомых классных дам и Павла Ильича Зимницкого. Последнего они застали в обществе юнкеров, которым он рассказывал о своей службе в Русско-турецкую войну и о том, как презирал турок с их жестоким отношением к христианам. На Варю Зимницкий едва взглянул, ограничившись дежурными любезностями. К счастью, про их встречу в минувшее воскресенье он не вспомнил. И Воронцова с облегчением перевела дух.

– Ах, до чего же досадно лицезреть этих напыщенных лицемеров, – убеждённо произнесла Марина, когда они под ручку отошли подальше. – Всегда устраивают подобные балы, чтобы якобы развлечь молодёжь, которую опекают, но на деле просто желают лишний раз покрасоваться и напомнить о себе. Подчеркнуть, как много они для нас делают. Неправедно, не находишь? Не по Писанию.

Варя слегка повела плечом, выражая сомнения.

– Думаю, дело не в том, что все меценаты и покровители в этой зале поголовно ожидают похвалы.

– Так в чём же тогда? – Быстрова часто заморгала, в недоумении глядя на Варю.

Девушки остановились недалеко от столика с пирожными. Мимо них прошёл молодой лакей с подносом.

– Народ, который поёт и пляшет, зла не думает^[42], – шепнула Варя, продолжая вежливо улыбаться. – Довольной молодёжи недосуг забивать головы крамолой. Но об одном они забывают: это не тот народ, который выходит на площади или устраивает теракты во имя революционных идей. Тот народ порядком беднее одевается и ест пореже.