Книга Тайна графа Одерли, страница 141 – Альда Дио

Забуду ли я его когда-нибудь? Нет.

Научусь ли жить с воспоминаниями об этой ночи? Тоже нет.

Отняв руки от лица, обвела взглядом каждую его черточку. Чтобы запомнить. Чтобы унести его с собой. Чтобы затем упиваться этими обрывками, вонзая ножи в кровоточащую рану, что никогда не заживет.

– Я люблю тебя, Генри, – вот и все, что прошептала я, прежде чем скрыться из его покоев.

* * *

– Ты глянь, ну до чего ж красиво-то, а! – Бекки крутилась передо мной, и ткань новых платьев мерцала в отблесках сотен свечей.

У меня не было сил разыгрывать счастье, все утро глаза щипало от слез, но я не могла плакать на людях, а потому проморгалась и посмотрела на Бекки.

– Эй, ты чего это? Не нравится, что ли? Дуреха, тебе ж так идет! – Она подхватила меня за руки и закружила ими, будто в танце. – Ну же, давай! Ладади – ладада – лададида – дида! – Она напевала мотив вальса, вытаскивая меня из ровных шеренг прислуги.

И тебя мне тоже придется оставить, Бекки.

К счастью, отдаленное ржание лошадей пустило суетливую рябь по нашим рядам, и мы живо шмыгнули в строй. Моих слез подруга не заметила.

Сделаю свою работу и уйду. В суматохе никому не будет до меня дела.

– Приехали! Приехали! – Невысокая служанка бежала с восточной стороны, видимо, разглядела карету в окне. Суровая экономка бодро следовала за ней, и сцепленные спереди руки выдавали ее волнение.

– Все готово, первые гости прибывают, – громко сказала она, обращаясь к толпе слуг. – Помните, что вы часть Дарктон-Холла – достойнейшего дома Англии, так несите же это звание с честью и достоинством!

Мы дружно и практически синхронно поклонились экономке, когда сверху раздался стук шагов.

Генри Одерли, Ричард Эртон и Аделаида Солсберри показались на лестнице парадного холла в сопровождении нескольких дворецких. Изумительно красивые. Осанистые. Высший свет аристократии и истинная часть достойнейшего дома Англии. Они остановились у перил, возвышаясь над нами.

Но даже оттуда я чувствовала напряжение, что связывало всех троих, объединенных единой целью. Разных, но единых в жажде расплаты. Даже Ричард был в высшей степени серьезен и собран, а Аделаида хоть и горделиво вскинула голову, но не смогла унять дрожь рук.

Я видела, как глаза Генри бегают по одинаковым белым чепчикам в поисках меня. Едва наши взгляды пересеклись, его лицо разгладилось чуть заметной, теплой полуулыбкой, и он кивнул мне.

«Все будет хорошо», – уверена, что мысленно он сказал именно это.

Не будет, – подумала я, но заставила себя кивнуть в ответ.

Первая карета невиданной красоты остановилась у дверей поместья. Под воодушевленную болтовню леди и джентльмены проходили внутрь, с восхищением рассматривали потрясающее воображение убранство.

Оказавшись возле экономки, отдавали поручения многочисленным дворецким и слугам, а затем поднимали глаза – туда, где стоял хозяин дома.

– Добро пожаловать в Дарктон-Холл, – огласил Жестокий Граф Одерли.

И бал начался.

Двери распахнулись волной вальса, и я обомлела, снесенная потоками ослепительного сияния начищенного мрамора и золота.

Бальная зала – сердце поместья, в котором я оказалась впервые, возвысило представления о прекрасном до недостижимых небес. Полы блестели в свете хрустальных люстр; за массивными колоннами с позолоченными капителями скрывались розовеющие лица юных девиц в ожидании приглашений от чинных кавалеров; на бархатных софах вдоль стен отдыхали почтенные лорды и герцогини; а оркестр сотрясал стены менуэтом.