Онлайн книга «Тайна графа Одерли»
|
– То, что душит, – это точно, – прыснула Бекки. – Верно, то мыло, Абигейл рассказывала. Жасминовое мыло… – Нечего шушукаться и милорда обсуждать, если не хотите моей же участи, – с напускной суровостью ответил Джек, поднимаясь со своего места и протягивая Бекки чашку. Лицо его исказила гримаса боли. Как же она его отхлестала, раз даже руку поднять болезненно?.. Я приблизилась к конюху: – Джек, мне правда очень, очень жаль. Прости меня, я… – Джесс. Все хорошо. Будь осторожна. Я кивнула, прежде чем выйти из столовой и вернуться к своим обязанностям. * * * Пар ласково укрывал каменный пол, поднимался по стенам и обнимал обнаженные плечи раскрасневшихся девушек. Раньше служанка носила мне воду ведрами, теперь же я омываюсь с дюжиной горничных, черпая ковшом из общей купели. Невелика беда. В гостевом доме купальни и вовсе не было, приходилось рассчитывать на кухонный таз с мутной водой из ближайшего колодца. А то, что мне позволили омыться для завтрашнего похода в церковь, – уже подарок, за который только благодарить Фортуну стоит. – О, явилась! – прикрикнула разрумянившаяся Бекки. – Думала, уж на купание не опоздаешь! – Почему это? – улыбнувшись, спросила я. Было приятно видеть подругу вне стен кухни. Я только что подумала о ней как о подруге? – Ну, есть в тебе что-то такое… Чистое. Как будто даже полы натирая, боишься руки замарать. Да и волосы эти твои чудные, им явно нужно что-то большее, чем кусок мыла. – Я опасливо кивнула, отмечая, что отпечаток аристократичного прошлого все еще проглядывается сквозь грубые ткани рабочих платьев. Это приятно. Но для дела плохо. – Если на Рождество хозяин, как обычно, прибавку даст, купишь в деревне отвар из ромашки. Уж не знаю, что они туда, кроме самой ромашки, добавляют, но волосы потом – шелк! У знакомой моей, кухарки на прошлом месте, волосы точь-в-точь как твои были, и она нарадоваться на отвар этот не могла. Такая смешная была да хохотала больше, чем работала, вот и погнали ее… – Скучаешь по прошлому месту? – По Барнсам-то? – Бекки скривилась. – Не-а, по ним не скучаю. Сама ноги унесла, как только шанс выдался, уж не знаю, кто им теперь комнаты убирает, но надеюсь, что у этого бедолаги дух покрепче моего. – Я изумилась, не в силах представить подобного человека. Бекки казалась непробиваемой, сильной, открытой. Будто бы все ей нипочем было. – А ты? – М-м-м? – А ты? Скучаешь по своей этой, как… прошлой хозяйке? – А… А, да, скучаю. По правде сказать… даже очень. – Мыльные пузыри покатились по плечам, стекали на покрасневшие от жара коленки. Я действительно скучала по гостевому дому Джона. – Там была девочка… лакейская дочка, ее госпожа по милости душевной оставила в доме. Энни. Я ведь видела, как она росла, понимаешь? Такая светлая, добрая… и умная! Не по годам! Иногда стою, серебро натираю, а она рядом – зубья у каждой вилочки пересчитывает, а меня все спрашивает, из чего приборы делают, раз прочные и не гнутся… – Глаза защипало то ли от пара, то ли от нахлынувших воспоминаний. Я любила проводить время с детьми. Энни, Жюли, малыши беркширской знати – со всеми мне удавалось ладить. Бекки ополоснула плечи из ковшика, прежде чем упереть в меня непонимающий взгляд. – Ты ж говорила, что личной горничной у госпожи была? Чего это вилки тогда натирала? |