Книга Снежная ловушка мистера Куина, страница 37 – Бенедикт Браун

– Если вы только послушаете… – снова попытался Гилберт, но его тут же перебили:

– Если кто и должен расстраиваться, то это я! – Поппи решила, что заслужила больше сочувствия от присутствующих. – Я любила Сесила. Просто любила. И не знаю, что теперь ждет меня в будущем.

– О, да бросьте! – Альма была так рассержена, что чуть не выплюнула вино. – Вы были вместе всего несколько недель. Еще совсем недавно ты висла на руке Алека Пембертона.

Они наконец упомянули кого-то, кого я знал! Пембертон был еще одной звездой экрана и очень похож на Сесила Синклера, но где-то я читал, что в британских кинотеатрах былой популярностью он уже не пользуется.

Поппи была потрясена:

– С Сесилом было все по-другому! Никто не сможет его заменить. Он был моим светом, моей путеводной звездой, и без него я не знаю, как быть! – Это поэтичное заявление звучало бы убедительнее, если бы ей удалось поплакать над своей потерей дольше, чем несколько минут в обнимку с Перси.

Насколько я мог судить по поведению, действительно расстроен был Росс Синклер. Слушая разгорающиеся и быстро гаснущие вокруг него споры, он опустил голову на руку, мрачно глядя в тарелку.

– Это не соревнование! – вдруг взревел он, не глядя на нас. – Мы все любили и ненавидели Сесила по-своему. Он просто был таким человеком.

– Именно так, коротко и ясно. – Альма несколько секунд барабанила пальцами по красной скатерти и только потом продолжила: – И вместо того чтобы препираться, можно было бы потратить время с большей пользой и понять, сможем ли мы вычислить убийцу.

– Именно это я и пытался сказать! – вставил Гилберт. – Игра, которую приготовил нам Сесил, никак не связана с этим маскарадом. Игра – это загадка, которую нам нужно разгадать.

Белла покачала головой и вздохнула:

– В таком случае, возможно, тебе с самого начала стоило выражаться дипломатичнее.

– Мои извинения, любовь моя, – склонил голову Гилберт и протянул ей руку через стол. – Мне стоило тщательнее подбирать слова, но это не меняет того факта, что полиция не приедет и убийца, скорее всего, все еще среди нас.

После его слов на лицах большинства присутствующих застыло нечитаемое выражение, раздалось несколько тихих восклицаний, и Гилберт обратился за поддержкой к своему подчиненному:

– Я думал, это будет как раз по твоей части, Уилсон. Ты же вечно читаешь эти проклятые детективы. И ты же так хотел встретить Новый год с шиком – что ж, вот он, твой шанс.

В смешке Уилсона, которым он пытался угодить начальнику, явно слышалась ненависть к себе, но лицо его осталось серьезным.

– Между книгами и реальной жизнью существует большая разница. Не думаю, что мне хватит смелости расследовать настоящее убийство.

Даже само это упоминание как будто вызвало у него дурноту, но реакция присутствующих была интереснее, и я повернулся посмотреть на Росса Синклера – проверить, как он отреагировал на предложение Гилберта. Мой отец говорил, что людям с густой бородой доверять нельзя, так как они слишком многое скрывают. Я думал, что отец покойного отреагирует так же, как и на грубые замечания Уилсона в гостиной, но он наблюдал за остальными с холодной отстраненностью.

Поскольку все остальные молчали, Гилберт продолжил:

– На мой взгляд, если слуги не устали от драм и истерик Сесила и не решили его убить, виновник среди нас.