Онлайн книга «Бельфонтен и убийство в море»
|
Она усмехнулась. – Вы думаете, я убийца? – Я думаю, что у вас был мотив. – У меня? – Она засмеялась. – Я даже не знала эту женщину! Мы разговаривали один раз – на палубе. Она спросила, пою ли я арии из «Кармен». Я ответила – нет, только из «Травиаты». На том и закончили. – А вы знаете, что она знала про вашего мужа? Теодора замерла. Улыбка медленно сошла с её лица. Глаза – стали как стекло. – Что… вы имеете в виду? – Ваш муж, Жан-Луи Ланье, умер три года назад. Официально – от сердечного приступа. Неофициально – от яда. Который вы подмешали ему в коньяк. Потому что он собирался уйти к своей любовнице. И забратьс собой всё состояние. Она не ответила. Просто смотрела на него. Как будто решала – кричать, плакать или… бросить в него чашку. – Откуда вы это знаете? – наконец спросила она. Тихо. Почти шёпотом. – Мэрион Дюпре собирала секреты. Как другие – марки или бабочек. У неё была целая коллекция. Ваша история – одна из самых… ярких. – Она… собиралась опубликовать? – Нет. Она собиралась продать. Вам. За молчание. Теодора откинулась на спинку кресла. Закрыла глаза. Потом – открыла. – Да. Она мне звонила. Месяц назад. Сказала: «У меня есть история, которая может испортить вам жизнь. И карьеру. И репутацию. Пятьдесят тысяч франков – и она исчезнет». Я… не заплатила. Решила, что она блефует. – А вчера? Что вы делали вчера вечером? – После ужина я пошла в свою каюту. Слушала пластинки. Потом – легла спать. – Одна? – Да. Одна. – Кто может подтвердить? – Никто. Я была одна. – А где вы были между 22:30 и 23:00? – В каюте. Спала. – Вы спите с помадой? Она нахмурилась. – Что? – На подоконнике в каюте мадам Дюпре – след помады. Розовой. Не её. У неё была тёмно-бордовая. У вас – розовая. Я видел вас за обедом. Та же помада. Теодора побледнела. – Это… не доказательство. – Нет. Но это – деталь. А когда все лгут – правда прячется в деталях. Она встала. Поправила накидку. – Я не убивала её, месье Бельфонтен. Да, я хотела бы. Да, я рада, что её нет. Но я не убийца. Я – артистка. Я умею… притворяться. Но не убивать. – Тогда почему вы соврали про помаду? Она не ответила. Развернулась. Вышла. Не хлопнув дверью. Ещё хуже – тихо. Как будто знала: шум – это эмоции. А эмоции – это слабость. Жюльен посмотрел ей вслед. Достал блокнот. Написал: Теодора Ланье – мотив: страх разоблачения. Соврала про помаду. Нет алиби. Подозрение – повышено. Следующим – Ирвинг Уиттл, английский дипломат. Встреча – в его каюте. Роскошной. С коврами, хрусталём и портретом короля Георга V на стене. Сам Уиттл – высокий, худой, с моноклем и лицом человека, который всю жизнь говорит «да, сэр» и «нет, мадам», даже когда хочет кричать. – Месье Бельфонтен, – сказал он, пожимая руку. – Я рад, что вы взялись за это дело. Очень неприятная история. Особенно… для дипломатического корпуса. – Особенно если убийца – дипломат, – спокойно ответил Жюльен. Уиттл слегка смутился. – Я надеюсь, вы не считаете меня… подозреваемым? – Я считаюподозреваемыми всех, у кого был мотив. У вас он есть. – У меня? – Уиттл поправил монокль. – Я даже не разговаривал с этой женщиной! – Но она разговаривала с вами. Через письма. Через шифровки. Через… угрозы. Уиттл замер. Потом – медленно сел в кресло. – Откуда вы знаете? – У неё был архив. Письма. Фотографии. Расшифровки. В том числе – ваша переписка с германским посольством. Где вы обсуждаете… поддержку нацистов. В обмен на гарантии безопасности британских инвестиций. |