Онлайн книга «Бельфонтен и убийство в море»
|
Он закрыл блокнот. Посмотрел на море. – Ты думал, я не замечу, – прошептал он. – Но ты ошибся. Потому что я… замечаю всё. В 15:00 он постучал в каюту Элени. Она открыла дверь в чёрном платье, с опущенными глазами и лицом, на котором не было ни страха, ни злости – только усталость. – Месье Бельфонтен, – сказала она. – Вы пришли… арестовать меня? – Я пришёл найти правду, – ответил он, входя. Каюта – маленькая. В трюме. С одной лампочкой. С узкой кроватью. С чемоданом под ней. На столе – фото. Две девочки. Близнецы. Подпись: «Мэри и Мэсти. 1910». – Это вы? – спросил Жюльен. – Да. Я – Мэсти. Она – Мэри. Моя сестра. Близнец. – Она умерла? – Да. В 1926. От лихорадки. В Нью-Йорке. – А эта… взяла её имя? – Да. И документы. И наследство. И… меня. Заставила работать на неё. Как служанку. – Почему вы не сбежали? – Потому что она… угрожала. Сказала, если я убегу – расскажет всем, что я сумасшедшая. Что я убила сестру. Что я… не существую. – А вчера? Вы были у неё? – Да. Я убирала каюту. Потом – ушла. Потом… вернулась. Забыла перчатки. Увидела… её. И его. Месье Уиттла. Он стоял над ней. Плакал. – Вы видели, как он её убил? – Нет. Я ушла. Я испугалась. – Почему не сказали сразу? – Потому что… хотела, чтобы его повесили. За неё. За меня. За всё. – А теперь? – Теперь… я думаю, он не убивал. Убийцы… не плачут. Жюльен кивнул. Подошёл к чемодану. Открыл. Там – платья. Фартуки. И… дневник. Старый. В кожаном переплёте. Он открыл. На первой странице –надпись: «Настало время. Она умрёт. И я… стану собой». – Вы написали это? – Да. Месяц назад. – А вчера? – Я… не сделала этого. – Почему? – Потому что… я хотела, чтобы она страдала. А не просто… умерла. Жюльен закрыл дневник. Посмотрел на Элени. – Вы не убивали её? – Нет. Я хотела. Каждый день. Но… не убивала. – Тогда кто? – Я не знаю. Но… он или она – умный. И жестокий. И… знает греческий. Жюльен кивнул. Написал в блокноте: Элени – мотив: месть. Но… не убивала. Подозрение – снижено. – Спасибо, – сказал он. – Иди. И… больше никому не говори. Она кивнула. Вышла. Жюльен остался один. Долго сидел. Думал. Потом – достал блокнот. Написал: Итог: – Все – лгут.– Все – скрывают.– Все – боятся.– Все – могли убить.– Но только один – сделал это.– И он… оставил след.– Греческие буквы.– Сломанная помада.– Розовый отпечаток.– Шприц.– Квитанция.– Дневник.– Письмо.– Всё – детали.– А когда все лгут – правда прячется в деталях. Он закрыл блокнот. Посмотрел на море. – Ты где-то здесь, убийца, – прошептал он. – И я… тебя найду. В 17:00 он собрал всех троих в салоне первого класса. Не официально. Не как допрос. Как… беседа. За чаем. Капитан помог – лично пригласил каждого, сказав, что «месье Бельфонтен хочет задать пару вопросов для отчёта». Они пришли. Все. Арман – в новом костюме, с сигарой. Элени – в чёрном, с опущенными глазами. Теодора – с бокалом шампанского. Жюльен сидел в центре. С чашкой чая. С блокнотом. С улыбкой. – Спасибо, что пришли, – сказал он. – Я хочу прояснить кое-что. Чтобы избежать… недоразумений. – Мы здесь не для чаепитий, – буркнул Арман. – А я здесь – для правды, – спокойно ответил Жюльен. – И правда начинается с вопроса: кто из вас подменил бокалы? Тишина. – Что? – спросила Теодора. – Мэрион не пила вино за ужином. Она пила воду. Значит – бокал с ядом не был её. Но она его выпила. Почему? Потому что кто-то… подменил бокалы. Или… подал ей не тот бокал. Кто стоял рядом? Только муж и певица. |