Книга Клетка для простака, страница 93 – Джон Диксон Карр

– Они так сказали? – спросил доктор Фелл.

Хэдли объяснил.

– А у меня вот не хватило мозгов этому поверить, – добавил он. – Все женщины лгуньи. Кто больше, кто меньше: одни лгут время от времени, другие – все время. Но эта девушка, наверное, впервые в жизни говорила правду. Чендлер слишком много знал. Поэтому убийца и убрал его из маленького пистолета, всадив в него три пули, чтобы он упал с трапеции.

– Но что это за фотографии? Он сделал снимок убийцы? Возможно ли это?

Хэдли колебался:

– Не знаю. Боюсь даже надеяться. Я с Бетсом и Моррисом сразу пошел к нему домой. Нам нелегко пришлось с его родителями, к тому же перед этим мы поговорили с Мэдж Стерджес. Его отец фотограф, держит магазин фототоваров…

– Ну? – убийственным тоном подбодрил доктор Фелл, поскольку Хэдли вновь заколебался.

– Дело обстоит примерно так. Вчера Чендлер был на теннисном корте. Отлично: что он там делал? Что он там делал с фотоаппаратом и большим куском белого полотна, похожим на мешок? Все это чистая правда. Его отец говорит, что вчера днем он рано вышел из дому, взяв с собой новый фотоаппарат «аранделл», две новые катушки фотопленки «панкроматик» и бесформенный кусок ткани. Эта тряпка открывает тайну: теперь ясно, как он унес груду посуды. Но не затем ведь он явился туда, чтобы стащить фарфор? И уж конечно, не затем, чтобы сфотографировать сцену убийства. Именно это занимало нас утром, помните? У Чендлера было довольно своеобразное чувство юмора, но ведь не настолько. Во всяком случае – не смотрите на меня так и перестаньте пыхтеть и отдуваться – в его вещах мы кое-что нашли. Мы нашли еще несколько фотографий, напечатанных с той же пленки, которую он нам показывал утром. На них были Бренда Уайт, Роуленд или они оба. Но мы также нашли полностью отснятую, запечатанную пленку «панкроматик», которая еще не проявлена.

– Как! – воскликнул доктор Фелл. – Где она?

Хэдли показал:

– В моем портфеле. Я заберу ее в Ярд, чтобы проявить.

– Не думаю, – сказал доктор Фелл, яростно пыхтя сигарой, – чтобы вам могло прийти в голову сразу же сказать мне об этом. Может быть, вы заодно объясните, почему у вас такая вытянутая физиономия? Архонты афинские! Это же ваша улика. Так почему же вы не привлечете ее к делу?

Казалось, Хэдли и сам этого не знает.

– Потому что я не верю, – мрачно признался он. – Я почти боюсь ее проявлять, представьте. Этого не может быть. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. После того как Уайт, Роуленд, Чендлер и другие без конца водили нас за нос…

Доктор Фелл хмыкнул:

– Ну, это легко уладить. Мы можем проявить пленку здесь. И мы проявим ее прямо сейчас. Чего вы ждете, черт возьми?

– Нет, не проявим, – резко сказал Хэдли.

– Ах вот как?

– Сядьте, – приказал суперинтендант с некоторой долей суровости. – Пока не трогайте пленку. Я хочу услышать ответ на два вопроса, и услышать немедленно. Первый: думаете ли вы, что знаете, как был убит Фрэнк Дорранс?

– Да, думаю, – не совсем членораздельно ответил доктор Фелл. – Заметьте, я говорю – думаю.Если бы нам удалось найти…

– Да. Я так и полагал. А теперь я скажу, почему спросил вас об этом. Помните недостающий предмет, вокруг которого вы подняли такой шум утром, – я имею в виду то, что исчезло из павильона?

– Да, помню.

– Сержант Бетс нашел ее в ящике туалетного столика в спальне Артура Чендлера, – хмуро проговорил Хэдли. – И на ее ручке имеется отличный набор отпечатков пальцев.