Книга Осень, кофе и улики, страница 39 – Юлия Евдокимова

В результате все валилось из рук и вместо того, чтобы заниматься расследованием, он уклонялся от молний, которые метала лейтенант Карлини.

Этим утром, пока она не появилась, Паоло достал блокнот, сделал несколько заметок по работе. Все давно используют компьютеры, и он не был исключением. Но у карабинера была маленькая слабость: он обожал писать чернильной ручкой, слышать скрип пера о бумагу и смотреть, как появляются плавные, изящные буквы, написанные его собственным красивым почерком.

– Сделай мне кофе. – В кабинете появилась лейтенант и он быстро спрятал блокнот и ручку в ящик стола, заслышав ее шаги.

Как положено при появлении начальника, Паоло вскочил и впервые подумал: – Мадонна, как же я ее ненавижу!

Шеф Брандолини тоже просил кофе, но у него то получалось совершенно по-другому.

– Вы нашли этого Лоренцо Лапини?

– Нет, пока нет. Я несколько раз проверял его дом и бар. – На самом деле, Паоло соврал. Ничего он не проверял, это же деревня, появись Лоренцо, он узнает об этом через пять минут, что толку ездить туда-сюда!

– Вчера я довольно долго разговаривала с Симоне и Адальджизой Альбани. Они оказались очень общительны. Конечно, на данном этапе расследования маловероятно, что кто-то из подозреваемых будет оправдан, но я считаю, что нам следует сосредоточить нашевнимание и ресурсы, на другом направлении.

– А как же… ее психика?

– Вы же не собираетесь мне сказать, что психическое заболевание само по себе делает человека убийцей? Надеюсь, вы не настолько идиот.

Паоло разинул рот.

– Что лучше всего доказывает вину, чем побег? Я отвечу вам: ничего. Нужно срочно отыскать Лоренцо. Отложите все прочие дела. Говорят, в прошлом он был замешан в каких-то темных делишках. И он убил однажды, мы должны помешать ему сделать это снова. Некоторые из этих преступников, знаете ли, входят во вкус. Так что, пошевелитесь. Нельзя терять ни минуты.

Паоло не заставил себя просить дважды и тут же исчез из кабинета. Но не успел уйти далеко, как позвонил директор больницы и молодой карабинер ворвался в кабинет Брандолини, рассказать о пропаже девушки.

Наконец-то ушли тучи, солнце несмело выглянуло из-за пика, поежилось от осеннего холода и снова спряталось. Казалось, оно передумало светить в этих горах и собирается отправиться в другие места, где не идет пар изо рта в восемь утра.

Даже Пенелопа решила полежать подольше этим утром. Огонь в камине давно погас, каменные стены впитали тепло, но к утру остыли и не было никакого желания вылезать из-под теплого одеяла, да еще и шерстяного пледа сверху.

Она ужасно напугала Николетту. Проснувшись, та не почувствовала ничего кроме холодного воздуха- ни потрескивания дров, ни запаха кофе. Юркнула обратно в спасительное тепло кровати, но тут же внутри стало еще холоднее, чем снаружи. Холодный, обжигающий ком заворочался где-то в груди, там, где, говорят, должна быть душа. Она вскочила, забыв о тапочках, босиком пронеслась по холодному полу, влетела без стука в комнату подруги.

– Ты… что? Все в порядке? Ты хорошо себя чувствуешь? Что случилось?

– На первые два вопроса ответ да, на последний – ответ нет, ничего не случилось. Раз в жизни встала бы раньше меня, растопила камин, сварила кофе.

Ледяной ком растаял, на смену ему пришло тепло, окутало все внутри, обожгло глаза, даже слезы заблестели.