Книга Осень, кофе и улики, страница 92 – Юлия Евдокимова

Николетта погрустнела.

– В любом случае я понимаю твоё желание поискать связи… и думаю, ты в чем-то права, – быстро сказал Брандолини, заметив выражение её лица. – Давай пообедаем и ещё поговорим, – он взял подругу под руку и повёл на центральную площадь.

Лейтенант Карлини в сопровождении двух карабинеров подъехала к дому Альбани.

Видимо, Симоне увидел их в окно, потому что распахнул дверь, не дождавшись звонка, с каменным выражением лица.

– Мы явились в неподходящий момент? К сожалению, в нашей работе подходящих моментов не бывает, синьор Альбани.

Она проскользнула в дом, хотя Симоне не пригласил их войти и даже не посторонился.

– Разве я не ответил на все вопросы?

– Видите ли, синьор Альбани, при активном расследовании убийства вопросам буквально нет конца. Пока мы не поймаем того, кто это сделал. И сейчас мы близки к поимке, как никогда. Я хочу поделиться с вами новостями.

Симоне молча прошёл в гостиную. В доме было тихо, ни детской болтовни, ни звуков из кухни. Он казался пустым и вымершим.

– Ваша ДНК была обнаружена под ногтями Виолы, – торжествующе заявила Карлотта. – Не могли бы вы рассказать, как это могло произойти?

Странно, но в глазах мужчины никакого страха, скорее усталость и безразличие.

– Хорошо. – просто сказал он.

Его лицо изменилось, он больше не пытался очаровывать. Симоне сразу перестал быть красивым и мужественным мужчиной, словно в нём что-то сломалось. Он буквально увял.

Когда жена напала на него в ванной, он легко её обезоружил, но жить с женщиной, которая хваталась за нож, стоило ей слегка расстроиться, было невозможно. И девочки… рано бить тревогу и деревня безопасное место, но уже темнеет, а их все нет.

Он медленно опустился в кресло, а Карлотта еле удержалась от желания погладить наручники, висевшие на поясе.

– Я кое-что упустил, – произнёс Симоне ровным голосом. – У нас с Виолой… не было романа. Мы не были любовниками.

– Продолжайте

– Мы ещё не были любовниками,– он выделил голосом слово «ещё».– Это была та восхитительная стадия, когда всё в самом начале, люди подходят всё ближе, но потом снова отдаляются, губы почти соприкоснулись, но поцелуя не произошло…

– Я пришла не эротический спектакль слушать.

– В тот день мы несколько раз встретились с Виолой. Случайно, мы не искали встреч. Но находясь в одном доме мы обязательно сталкивались… Наедине. В первый раз ничего не произошло. Обжигающий взгляд, ничего больше. Волнующе, конечно. Почти мучительно. Но мы не соприкоснулись. Однако во второй раз…

– Что произошло? – Карлотта заерзала в кресле.

– Вы должны понять. Я знаю свою жену почти всю жизнь. Это был один из тех браков, которые заключаются потому, что все вокруг этого ждут. И семьи, и окружение И в целом, мы с Джизой… Мы справились. Мы стараемся.

– Как сюда вписывается няня?

Лицо Симоне на миг озарилось, когда он рассказывал, как во второй раз встретил няню в коридоре, обнял её, крепко прижал к себе, поцеловал в шею, в ухо и, наконец, – в экстазе – в губы. Как молодая женщина залезла ему под рубашку и расцарапала почти до крови.

– Тигрица, – почти прошептал Симоне.

– Полагаю, вы можете показать царапины?

Симоне встал и расстегнул рубашку. Он был загорелым и мускулистым, но Карлотта этого не замечала. Она смотрела на царапины, четыре параллельных полосы по обе стороны спины, где ногти расцарапали кожу до крови.