Книга Красная жатва и другие истории, страница 151 – Дэшил Хэммет

Я дал ему записку адвоката для мисс Ньюхолл, сказал, куда ехать и что делать, и с этой минуты о мисс Нью-холл мог уже не заботиться.

Трижды в конце дня я получал донесения от Дика Фоли и Микки Линехана. Том-Том Кери ничего выдающегося не предпринимал, хотя купил в спортивном магазине на Маркет-стрит две коробки патронов 11,17 мм.

В вечерних газетах появились фотографии Большой Флоры Брейс и Анжелы Грейс Кардиган с заметками об их побеге. Факты в них выглядели неправдоподобно, как всегда выглядят в газетных заметках. На другой странице сообщалось, что в глухом месте на дороге найден убитый парикмахер. Прострелены голова и грудь – в общей сложности четыре пули. По мнению окружных властей, он погиб, сопротивляясь грабителям, но бандиты бежали, ничего не взяв.

В пять часов в дверь заглянул Томми Хауд:

– К вам опять этот Кери.

– Давай его сюда, – сказал я веснушчатому парню.

Смуглый вошел не торопясь, сказал: «Привет», сел и свернул коричневую самокрутку.

– У вас на вечер особых дел нет? – спросил он, закурив.

– Таких, чтобы не отложить их ради чего-то лучшего, нет. Гостей собираете?

– Угу. Надумал. Только не гостей, а в гости к Папе-до-Полу. Поедете со мной?

Настал мой черед сказать:

– Угу.

– Я подберу вас в одиннадцать – на углу Ван-Несс и Гири, – с растяжкой сказал он. – Только компания будет тесная: вы и я… и он.

– Нет, с нами должен быть еще один. Я его приведу.

– Мне это не нравится. – Том-Том Кери медленно покачал головой и благодушно нахмурился, не вынимая изо рта самокрутку. – Вас, сыщиков, получается больше. Должно быть один на один.

– Нас не получится больше, – объяснил я. – Этот фрукт, которого я беру, – ни на моей стороне, ни на вашей. И вам не повредит, если будете присматривать за ним так же внимательно, как я, – постарайтесь, если можно, чтобы он не оказался ни у вас, ни у меня за спиной.

– Тогда на кой вы его тащите?

– Колесики в колесиках, как сказано в Писании. – Я улыбнулся.

Смуглый опять нахмурился, уже не так дружелюбно.

– Сто шесть тысяч долларов награды – я ни с кем делиться не намерен.

– Справедливо, – согласился я. – Тот, кого я приведу, требовать долю не будет.

– Поверю вам на слово. – Он встал. – Так мы должны приглядывать за этим малым, да?

– Если хотим, чтоб все прошло благополучно.

– Положим, он станет мешать нам, валять дурака. Мы его можем делать или только скажем: «Бяка! Бяка!»?

– Ему тоже придется рисковать.

– Годится. – Его жесткое лицо опять стало добродушным, когда он повернулся к двери. – В одиннадцать на углу Ван-Несс и Гири.

Я вошел в комнату оперативников, где, развалясь в кресле, Джек Конихан читал журнал.

– Надеюсь, вы придумали мне какое-нибудь дело, – приветствовал он меня. – А то уже пролежни от этого кресла.

– Терпение, сынок, терпение – вот чему надо научиться, если хочешь стать сыщиком. Мне, например, когда я был парнишкой твоих лет и только поступил в агентство, повезло…

– Ой, не надо опять, – взмолился он. Но тут же его молодое миловидное лицо стало серьезным. – Не понимаю, почему вы держите меня на насесте. Кроме вас, я единственный, кто хорошенько разглядел Нэнси Риган. Казалось бы, вы меня должны послать на розыски.

– То же самое я сказал Старику, – сочувственно ответил я. – Но он боится тобой рисковать. Он говорит, что за все пятьдесят лет слежки он никогда не видел такого красивого агента, вдобавок модника, светского мотылька и наследника миллионов. Он считает, что мы должны беречь тебя как рекламный образчик и не подвергать…