Книга Красная жатва и другие истории, страница 60 – Дэшил Хэммет

– Все-то ты знаешь. Скажи лучше, что делать будем?

– Найдем где-нибудь неподалеку укромное местечко под открытым небом, спрячемся и будем ждать.

– Я возьму с собой одеяла.

– Больше одного не бери, а то они смекнут, что мы где-то рядом, в кустах.

– Провались ты пропадом со своими кустами! – проворчала она, но захватила только одно одеяло.

Я задул лампу, запер дверь на замок и с фонарем в руках стал продираться сквозь кустарник.

Взобравшись на пригорок, мы обнаружили небольшую лощину, откуда просматривалась вся дорога, а нас сквозь густую листву без фонаря видно не было.

Я расстелил одеяло, и мы сели.

Девушка прижалась ко мне и стала жаловаться, что сидеть сыро, что даже в шубе холодно, что затекла нога и хочется курить.

Я протянул Дине фляжку, она сделала глоток и минут на десять оставила меня в покое. А потом заявила:

– Я простудилась и скоро начну так громко кашлять и чихать, что в городе слышно будет.

– Только попробуй, – зашипел я. – Придушу.

– Под одеялом кто-то шевелится. Мышь, наверное.

– Или змея.

– Ты женат?

– Началось!

– Значит, женат?

– Нет.

– Вот повезло кому-то.

Ее шутка осталась без ответа, потому что по дороге пополз свет. Не успел я шикнуть на Дину, как свет исчез.

– Что это? – спросила она.

– Автомобиль. Наши гости бросили машину на дороге, выключили фары и оставшуюся часть пути решили пройти пешком.

Время остановилось. Прижавшись ко мне своей горячей щекой, девушка дрожала всем телом. Наконец послышались шаги, и на дороге возникли темные силуэты. Так нам, по крайней мере, показалось.

Мы поняли, что не ошиблись, только когда увидели упавший на дверь домика сноп яркого света. Чей-то грубый голос сказал:

– Девица пусть выйдет.

Опять воцарилась тишина: они ждали ответа. Затем грубый голос переспросил: «Ну, ты идешь?» – и вновь стало тихо.

Тишину разорвал ставший уже привычным грохот выстрелов. Раздался треск досок.

– Пошли, – шепнул я Дине, вставая. – Пока они ломают дверь, надо попробовать завладеть их машиной.

– Не связывайся ты с ними, – сказала она, удерживая меня за руку. – На сегодня с меня хватит. Здесь мы в безопасности.

– Пошли, – настаивал я.

– Не пойду. – Пока мы препирались, преследователи взломали дверь, обнаружили, что внутри никого нет, и бросились к машине. Мы опоздали.

В машину набилось восемь человек, и она покатилась вниз, в том направлении, куда исчез Рено.

– Теперь можно возвращаться в дом, – сказал я. – Сегодня они уже вряд ли заявятся.

– Надеюсь, в твоей фляжке еще осталось по глотку? – спросила она, поднимаясь с моей помощью на ноги.

Среди имевшихся в хибаре консервов не нашлось ни одной банки, от вида которой разыгрался бы аппетит, и мы позавтракали пустым кофе, сваренным на ржавой воде из железного ведра.

Пройдя около мили, мы вышли к ферме, и сын хозяина за несколько долларов отвез нас в город на допотопном семейном «форде». По дороге он засыпал нас вопросами, но мы либо не отвечали вообще, либо несли какую-то околесицу. Он высадил нас в самом начале Кинг-стрит, перед маленьким ресторанчиком, где мы съели всю имевшуюся в наличии грудинку и бессчетное число гречишных оладьев.

Не было еще девяти утра, когда мы подъехали на такси к дому Дины. Я вошел вместе с ней и обыскал всю квартиру, но следов незваных гостей так и не обнаружил.