Книга Красная жатва и другие истории, страница 99 – Дэшил Хэммет

– Ее били – на лице и горле кровоподтеки, – закончил я. – Но умерла она не от этого.

– Думаете, ее убили? – спросил он все с той же кроткой улыбкой.

– Не знаю. Доктор Джордан полагает, что причиной мог быть мышьяк. Сейчас он занимается анализами. Странную вещь мы нашли в квартире. Какие-то листы толстой серой бумаги, заложены в книгу «Граф Монте-Кристо», а книга завернута в месячной давности газету и заткнута за плиту.

– А, мышьяковая бумага от мух, – пробормотал Старик. – Фокус Мейбрика-Седдонса. Если размочить в воде, в раствор переходит четыре-шесть гран мышьяка – достаточно, чтобы отравить двоих.

Я кивнул:

– Да, мне довелось столкнуться с этим в шестнадцатом году в Луивилле. Мулатка-уборщица видела, как Макклур вышел вчера в половине десятого утра. Возможно, девушка умерла до этого. С тех пор его никто не видел. Утром же, но раньше, в соседней квартире слышали их голоса, ее стоны. Но там дрались так часто, что соседи не придали этому значения. Консьержка говорит, что они дрались накануне вечером. Полиция разыскивает его.

– Вы сказали полицейским, кто она такая?

– Нет. И как нам с этим быть? Мы не можем рассказать им об Уэйлсе, не рассказав обо всем остальном.

– Боюсь, что нам не избежать огласки, – задумчиво сказал Старик. – Я дам телеграмму в Нью-Йорк.

Я вышел из кабинета. В архиве служащий вручил мне две газетные вырезки. Из первой явствовало, что пятнадцать месяцев назад Джозеф Уэйлс, он же Святой Джо, был арестован по жалобе фермера Туми, у которого Уэйлс с тремя сообщниками выманил две с половиной тысячи долларов якобы «на предприятие». Во второй вырезке говорилось, что дело было закрыто из-за неявки Туми в суд – его, как водится, умиротворили, вернув деньги частично или целиком. Вот и все, что было в картотеке на Уэйлса, а на Пегги Кэррол ничего не было.

Я вернулся к Уэйлсу на квартиру, и мне открыл Макман.

– Какие дела? – спросил я.

– Никаких – только скулят все время.

Подошел Уэйлс и нетерпеливо спросил:

– Ну, убедились?

Девушка стояла у окна и смотрела на меня настороженно.

Я ничего не ответил.

– Нашли ее? – нахмурясь, спросил Уэйлс. – Там, где я сказал?

– Ну да.

– Тогда все? – Морщины у него на лбу разгладились. – Нас с Пегги отпускают или… – Он осекся, облизнул нижнюю губу, взялся за подбородок и резко спросил: – Вы меня не продали?

Я помотал головой.

Он отнял руку от подбородка и раздраженно спросил:

– Так в чем же дело? Чего это у вас такое лицо?

Девушка с досадой бросила ему в спину:

– Я так и знала, что ни черта хорошего не выйдет. Я знала, что нам теперь не выпутаться. Ну и ловкач же ты!

– Уведи Пегги на кухню и закрой обе двери, – сказал я Макману. – Сейчас мы со Святым Джо поговорим по душам.

Девушка ушла охотно, но, когда Макман закрывал дверь, она высунула голову и сказала Уэйлсу:

– Желаю, чтобы он тебе нос разбил, если начнешь крутить.

Макман затворил дверь.

– Кажется, ваша приятельница считает, что вам кое о чем известно.

Уэйлс угрюмо оглянулся на дверь и проворчал:

– От нее помощи, как от сломанной ноги. – Он повернулся ко мне, придав лицу искреннее и дружелюбное выражение. – Чего вы хотите? Я все объяснил начистоту. В чем же теперь дело?

– А вы как думаете?

Он втянул губы.

– Зачем вы мне загадки задаете? – спросил он. – Ведь я хочу с вами по-честному. Но что мне делать, если вы не говорите, чего вам надо? Не могу же я знать, какие у вас мысли.