Книга Загадка камеры № 13, страница 140 – Жак Фатрелл

– Не в этот раз, мистер Конвей! – разнесся над водой голос Лейтона. Катер сорвался с места и начал набирать скорость.

Инспектор с минуту смотрел ему вслед, затем повернулся к Хэтчу. Репортер увидел, что Конвей очень бледен.

– Вы связали сообщника? – спросил он.

– Да, – ответил Хэтч. – Вы ранены.

– Похоже, – ответил инспектор. – Он попал мне в левую руку. Не думал, что Лейтон носит оружие. Слава богу, он успел выстрелить только дважды.

Закончив перевязывать рану Конвея, которая оказалась ерундовой, Мыслящая Машина повернулся к своим посетителям, среди которых были Гарри Чешир Мандерлинг, а также детектив Мэллори, которому доставили своего пленника прибывшие в Бостон Хэтч и Конвей. Лейтона уже объявили в розыск.

Конвея не сильно заботила его рана, однако он сгорал от любопытства, и ему не терпелось узнать, как Мыслящая Машина понял, где находились жемчужины.

– Это оказалось до смешного просто, – начал ученый свое объяснение. – Сначала требовалось понять, как можно было доставить сто семьдесят две жемчужины с суденышка, находившегося в сорока милях от берега, в безопасное место. Моторный катер не встретил ни одно судно, и поэтому никто другой не смог бы переправить их на сушу. О дрессированных рыбах, которые сумели бы это сделать, я не слышал. Итак, каким еще относительно безопасным способом жемчужины смогли бы достигнуть берега? – спросил он и обвел взглядом своих слушателей.

Все по очереди покачали головой. Только Чешир продолжал сидеть неподвижно.

– Есть только два возможных ответа, – сказал ученый после небольшой паузы. – Субмарина, что выглядит невероятно, или птицы, домашние голуби.

– Точно! – воскликнул Конвей и уставился на Мандерлинга. – Я ведь заметил множество этих птиц там, в Сайчауте.

– Жемчужины находились на корабле, как вы и подозревали, – продолжил ученый, – они были сняты с ожерелья и, вероятно, положены в длинный мешочек из промасленной ткани. В нем их могли опустить в сливную трубу, о которой я уже упоминал. Их перекинули на катер завернутыми в газеты. А в двух милях от «Романтики» мешочки стали привязывать к лапкам голубей, после чего птиц по одной отпускали. Вы, мистер Конвей, могли четко видеть катер с такого расстояния, но только не птиц, поднимавшихся с него. Они вернулись к себе домой, к жилищу мистера Мандерлинга в Сайчауте. Домашних голубей обычно держат в автоматически закрывающихся клетках, и, попав туда, они уже не могут сами выбраться наружу. Затем Лейтон, а также присутствующий здесь мистер Мандерлинг, спокойно сняли с них жемчужины.

Конечно, с такой подсказкой, как домашние голуби, мы уже могли куда-то двигаться, – продолжил Мыслящая Машина после небольшой паузы. – Сегодня хватает разнообразных сообществ, объединяющих любителей и профессионалов в этой области. И, вполне возможно, кто-то их них мог знать англичанина, владеющего двадцатью или пятьюдесятью голубями и проживающего около Бостона. И такой человек нашелся. Он и подсказал мне имя Генри Ч. Х. Мандерлинга. Гарри – это искаженное имя Генри. А Генри Ч.? Генри Чешир или Гарри Чешир – это имя, которое мистер Мандерлинг назвал, когда его обыскивали в порту.

– Но можете ли вы объяснить, как мистер Лейтон сумел заполучить ожерелье? – взволнованно спросил Конвей.

– Точно так же, как он заполучил все прочие вещи, – ответил Мыслящая Машина. – То есть благодаря своей дерзости и уму. Можно предположить, что у Лейтона имелся прочный резиновый шнур, закрепленный на высоте плеча, скажем, с внутренней стороны рукава пиджака и с чем-то вроде крюка на конце. Возможно, он был натянут и прикреплен к обшлагу рукава. Имейте в виду: этот человек всегда ждал своего шанса и был готов использовать его. Конечно, Лейтон не мог спланировать то, что в конечном счете произошло. Вероятно, он заметил, что ожерелье упало с шеи леди Варрон, когда наклонился, чтобы помочь ей. В возникшем хаосе ему удалось зацепить украшение своим крючком, и оно мгновенно исчезло в его рукаве, так что Лейтон вполне мог позволить, чтобы кто-то обыскал его карманы, как он и сам предлагал.

– Этот трюк профессиональные шулеры используют при карточной игре, – заметил детектив Мэллори.

– Ага, значит, он не новый? – спросил Мыслящая Машина. – В любом случае, вернувшись с бала, Лейтон сразу спрятал ожерелье, как поступал со всеми другими украденными драгоценностями. И еще до того, как вы узнали об этой краже, отправил подробные инструкции присутствующему здесь мистеру Мандерлингу. Вы же стали перехватывать его переписку, только когда узнали о краже. Мистер Лейтон, возможно, планировал еще какие-нибудь делишки с мистером Мандерлингом в другой части мира, где за ним не наблюдали так пристально. Одно могу сказать: он всегда очень тщательно планировал свои действия из опасения попасться. Однако это все же произошло.

Через полчаса Конвей пожал руку Мыслящей Машине, сердечно поблагодарил его и направился к выходу.

– Я уже готов был сдаться, – признался он, остановившись в дверях.

– Понимаете, – заметил Мыслящая Машина, – люди вашей профессии слишком мало используют свой интеллект. Запомните, что дважды два всегда четыре. Всегда!

Лейтона так и не поймали. Что же касается Мандерлинга, то он стал образцовым заключенным.