Онлайн книга «Кот мяукнул в третий раз»
|
Словно рухнула ледяная стена, разлетелась на мелкие осколки. Все заговорили одновременно, торопясь, как бывает после неловкости или нелепой ссоры, когда хочется сказать все сразу, и быстро, и прямо сейчас, немедленно. На душе стало тепло. Как мало надо человеку для счастья – не быть одному в трудную минуту. – Где он живет? В Вязниках? Я отвезу. – Вскочила Серафима, собрала посуду. Колокола снова зазвонили, когда машина пересекала площадь. – Кстати. – Сказала Серафима. – Тут на улице Лесной дом продают. Номер 32. Совсем не дорого. Прямо у горы, сад в склон упирается. Справный дом, с террасой, там летом чай можно пить. Представляешь – яблоками пахнет, пчелки жужжат, кузнечики стрекочут. – Куда тебе дом, ты день и ночь в гостинице. – Так я не для себя. – Ты издеваешься? Где я – и где дом в дере… ну, ты поняла. – Я тут записала адресок. Может, глянешь. Серафима так настойчиво пихала сложенный листок бумаги, что пришлось взять. Таисия скомкала его и засунула в карман. Попозже выбросит. Краевед шустро юркнул на заднее сидение, залепетал что-то, потом сообразил, что дамы не в настроении, и утих. – Сегодня ночью мне пришла в голову мысль… когда не знаешь, куда двигаться, постучи в дверь перед собой. Другого пути все равно нет. А у нас только одна дверь – таинственный покупатель. – Если у него есть книга этого вашего профессора, то как мы заставим его показать ее нам? – Я подумал! – Встрепенулся Арнольд Михайлович. – Подумал об этом! Мы предложим ему вознаграждение. – Сколько? – Поинтересовалась Грайлих. – Вы не поняли меня, голубушка! Дело не в деньгах. Он полез в карман, вытащил предмет, завернутый в тряпочку. Развернул, протянул на первое сиденье. В руках у Грайлих оказался флакончик. «Царский вереск». Rallet & Ko. – Какая прелесть! – Не просто прелесть. Это первый аромат Эрнеста Бо, ставшего впоследствии знаменитым парфюмером. – Погодите… вы говорите о создателе аромата «Шанель №5»? Но причем тут этот флакон? –Эрнест Бо родился в Москве, он был вторым сыном французского парфюмера, работавшего на крупнейшую российскую косметическую фирму, поставщика Императорского Двора Alphonse Rallet & Co., которая в 1898 году была приобретена грасской фирмой Chiris. С двадцати лет Эрнест работал на фабрике Ралле, а его любимым компонентом как раз и стал созданный им экстракт «Царский вереск», непременная составляющая лучших парфюмерных композиций Ралле. – С ума сойти! Это его духи? – Это их флакон. Но аромат до сих пор различим. Грайлих бережно держала в руках золотой флакон с цветочной композицией. – Неужели вы расстанетесь с ним? – Голубушка, меня интересуют совсем другие вещи. Конечно, я мог бы его продать, но наши с вами приключения доставляют мне такое удовольствие! А за удовольствие полагается платить. Пусть этот флакон станет моей лептой в нашу общую, так сказать, авантюру! – Вы замечательный человек, Арнольд Михайлович! – Если это плата за поимку убийцы и оправдание вашей внучки, да-да, я уже в курсе! – То я рад сделать что-то действительно полезное. «Он ужасно одинок среди своих бумаг и папок», – подумала Таисия. А краевед раскраснелся от удовольствия, предвкушая дальнейшие приключения. – Вы не представляете, как много это для меня значит. – Заверила актриса и смахнула невидимую слезинку. Что за город, все время заставляет расчувствоваться. Хотя это гормоны, несомненно, гормоны… возраст. |