Книга Волчья балка, страница 71 – Виктор Мережко

— Про Лыкова?

— Говорят, про него.

Гуляев внимательно и по очереди осмотрел приехавших ребят, усмехнулся.

— Вам известно, что Лыков уволен из рядов МВД?

— Да, нам уже сказали, — кивнул Виталий.

— А если человека увольняют из органов, значит что?

— Что?

— Значит, человек гнилой, недостойный, порченный. И вам, молодым журналистам, вряд ли стоит делать репортаж о подобном бывшем сотруднике. Себе же во вред.

— Но Володя видел его по телевидению!.. Он вытаскивал раненых из этой бойни.

— Вытаскивали все, не он один. Но одни тащили изо всех сил, а кто-то наполовину, с трёпом по телику! Поэтому, уважаемые, тему закрыли!

— Тут вот какое дело, — не выдержал Володя Гуськов. — К нам в дом… ну, где я живу с мамой… пришел человек, чабан!.. Раненый, его избили. Он сказал, что записку передал именно Лыкову.

— Какую записку? — нахмурился Григорий.

— С номером того трейлера, который был потом расстрелян.

— Можешь яснее?

— Чабан… Он сейчас пока у нас. Этот чабан передал записку Игорю Лыкову с номером трейлера, который перевозил вроде наркотики. Мы бы хотели побеседовать с Лыковым, получить интересные сведения.

— А вы что — следователи?

— Сказали же, поступаем в университет! Если раскопаем, будет бомба!

— За бомбу, милый, сейчас срок дают. Записка эта у кого теперь?

— Не знаю.

— А чабан?

— У нас дома… Ну, где я живу с мамкой.

— Адрес можешь назвать?

— Зачем?

— Проведать твоего чабана.

— Не назову.

— Почему?

— Потому что он убежал от бандитов, которые хотели его убить. И теперь прячется у нас.

— Думаешь, я тот самый бандит?

— Ничего я не думаю, просто не скажу и все.

— Ваши документы.

— Мы уже показывали.

— Документы!

— Пожалуйста, — Виталий достал права и техпаспорт, передал Григорию.

Тот изучил, вернул.

— Свободен.

— Не «ты», а «вы»!

— Свободны, оба!.. Как бы не получилось, что временно.

— Что?

— Шутка, уважаемый. Счастливо!

— Все, поехали, чувачок, — взял решительно приятеля за руку Виталий. — Дело тут глушняк. Будем сами разбираться.

Они направились к байку, Гуляев двинулся следом.

— Ну-ка, дайте я черкану госномер вашей телеги.

— Зачем? — оглянулся Виталий.

— На всякий случай. А вдруг пригодится.

Парни уселись на мотоцикл, двигатель взревел, и машина понеслась по трассе. Гайцы смотрели вслед, пока те не скрылись в общем потоке. Стас удивленно спросил Гуляева:

— Чего ты так с ними?

— Как?

— На пределе. По соседству с хамством.

— Потому что ненавижу сытых, наглых, зажравшихся… У тебя такая тачка когда-нибудь будет?

— Вряд ли.

— Вот и помалкивай в тряпочку. И без замечаний, — Гуляев помолчал, наморщил лоб. — Непомнишь, какая фамилия того, который за рулем?.. Глушко?

— Глушко. Виталий Даниилович Глушко.

— Знакомое что-то. По-моему, крупный шишкарь… А второго?

— Не помню. Зовут Владимиром, фамилия вылетела… А Глушко, знаешь, почему запомнил?.. Первый муж матери тоже был Глушко. Только имя и отчество другие. Во как! — сказал Стас и расхохотался.

Когда парни уехали, Гуляев вернулся на трассу, спустился в кювет, присел на корточки, набрал номер. Довольно долго ждал соединения, спросил:

— Товарищ майор, говорить можете?.. Тут намалевалась одна информация. На пост приезжали два клоуна на крутом байке, интересовались нашим Игорем Лыковым. Но не это самое прикольное, Аркадий Борисович. Один из парней сказал, будто в его дом, где он живет с матерью, прибился какой-то чабан. Причем раненый!.. Как раз тот, который передавал записку Лыкову с номером того самого трейлера. Вот адрес и как зовут сдуру не узнал. Но это не проблема!.. Я записал номер мотоцикла и фамилию байкера. Фамилия?.. Не наша, хохляцкая! Глушко! Виталий Глушко… Нет, не путаю. Вам фамилия знакомая, что ли? Да мне тоже!.. По-моему, крутой перец! Понял, товарищ майор, держу в уме, ни слова на ветер. До побачення, как говорят братья-хохлы.