Книга Смерть на рыболовном крючке. Горячие дозы. Тяжкие преступления, страница 19 – Лоуренс Гоуф

Голос был грубым и жестким, с явным южнокалифорнийским акцентом.

Мэнни снова почувствовал, как катят волны, обрушиваясь на пляж, и услышал, как скрежещут береговые камни. Он плотнее прижал трубку к уху и ничего не ответил. Когда Феликс Ньютон говорил, все обычно только слушали. Исключений не делалосьдаже для буйных и тронутых, вроде Мэнни. Либо ты слушал и выполнял, либо исчезал из поля зрения босса без каких–либо объяснений.

— Ты слушаешь меня? — спросил Феликс.

— Это был уик–энд, вот и все.

— У тебя кто–то есть?

— Только Хильда.

— И что же случилось? Ты купил ей мышь и вы втроем пляшете?

— Да, — сказал Мэнни, — примерно так.

— Или, может быть, вы вдвоем с треском открываете блок из шести банок и смотрите телевизор?

— Нет, с тех пор как Барни Миллер ушел в отставку.

— Ты хочешь сказать, что пропустил сегодняшние вечерние новости?

— И что это за новости?

— Кто–то прирезал мальчишку и бросил тело в парке.

— В каком?

— В парке Стенли.

— Прекрасный парк, — сказал Мэнни. — Если мне суждено нечто похожее, я бы хотел, чтобы меня бросили именно там.

Затем последовала долгая пауза. Наконец Феликс сказал:

— Я постараюсь запомнить это, Мэнни.

— Да, да. Не забудь, Феликс.

Феликс Ньютон засмеялся, издав звук, похожий на рокот лавины угля, скатывающейся по длинному крутому скату вниз.

— Ты забавный малый, Мэнни. Но не думаешь ли ты, что мы должны видеть несколько больше и смотреть дальше других?

— Верные слова.

— Может, на этой неделе ты сможешь уделить, мне несколько часов своего времени?

— Да, конечно.

— В общем, как–нибудь втисни меня в список твоих дел.

— Вы в городе?

— Мы сможем встретиться хотя бы во время позднего завтрака, хорошо?

— Прекрасно.

— Я пришлю к тебе Юниора в его новой машине, не возражаешь?

— Если это не слишком хлопотно.

— Оденься для белого вина, — ты знаешь, что я имею в виду?

— Что? — спросил Мэнни, нахмурясь.

Вместо ответа Феликс Ньютон повесил трубку.

Одни мужчины едят сырых устриц, другие употребляют истолченные лосиные рога или пополняют жизненную энергию еще каким–то известным им способом. Самые сладострастные, долгое время работавшие с Мэнни, были особенно опасны, но не для него самого. Лишь один Феликс Ньютон приводил его в содрогание. Долгая многозначительная зловещая пауза, последовавшая после замечания о том, что и ему, Мэнни, хотелось бы быть брошенным в парке, тоже не из приятных. Ходили упорные слухи, что какой–то малый, который особенно досаждал последнее время Феликсу, был перемолот, словно…

Мэнни прикончилвторую банку пива и большую часть третьей, после чего достал из бумажника кредитную карточку «Виза» и набрал номер деловой части города. На звонок ответила женщина с утрированным французским акцентом. Мэнни сообщил ей номер карточки и срок ее действия. Пока он говорил, откуда–то издали доносился негромкий стук компьютерной клавиатуры. Женщина осведомилась, живет ли он по–прежнему по указанному в карточке адресу. Он ответил дословно: «А почему бы и нет, если друг прекрасно ужился с соседями и заимел наконец «стелющийся газон». Это была завуалированная просьба о запрещенном развлечении. Действительно, ему хотелось сегодня чего–нибудь особенного. Например, японку. Предпочтительно старше двадцати лет. И хорошо бы, чтоб она недавно прибыла в страну и не знала ни слова по–английски. Естественно, девушка должна быть покорной, страстной и проявлять интерес к западному образу жизни… Есть проблемы?