Книга Стремление убивать, страница 20 – Марина Юденич

И снова не дотягивает до финала.

Этот странный разговор, похоже, был именно из той серии.

Впрочем, у него в запасе было несколько хитрых и неуловимых приемов, которые заставят их рассказать все, что известно каждому и всем вместе. Потому что история, контуры которой были только обозначены туманными воспоминаниями, разбудила в нем странный и какой то явно нездоровый интерес.

А душа наполнилась смутным, необъяснимым волнением.

Сестрами они были неродными, но росли вместе. Так случилось.

Родными сестрами были их матери, и обе одинаково несчастливы оказались в первых замужествах и, одинаково быстро оправившись от неудачи, ринулись строить новую жизнь. В ней рассчитывали они скоро обрести и новых мужей, и новое счастье. А досадное и обременительное напоминание о первом неудачном опыте — маленьких дочерей — определили на воспитание к своей матери. Благо та была еще относительно молода, крепка здоровьем и совершенно одинока: мужа схоронила уже очень давно.

Старшую внучку звали Татьяной, а младшую, совсем как у Пушкина, — Ольгой. Возможно, что обе матери именно Пушкину и следовали, поскольку воспитаны были на нем, равно с прочими классиками.

К тому моменту, когда Татьяна начала осмысленно воспринимать окружающий мир, в доме бабушки царили покой и достаток. Частные уроки фортепиано и французского, которые она начала давать после смерти мужа, чтобы хоть как-то свести концы с концами, со временем стали пользоваться спросом. Сначала они вдруг оказались чем-то вроде городской моды, потом стали хорошей традицией, которой следовал весь местный бомонд. Словом, становление Татьяны проходило в обстановке довольно комфортной, и она росла счастливым ребенком, нисколько не страдающим от своего относительного сиротства.

В школе, самой лучшей в городе, Татьяна была принята с распростертыми объятиями, потому что половина учительского коллектива когда-то чему-то училась у ее бабушки, то же можно было сказать и о родителях одноклассников, внушивших своим отпрыскам почтительное отношение к старой даме и ее внучкам.

К тому же сама Татьяна была девочкой смышленой, бойкой и довольно симпатичной, если не сказать — красивой.

Словом, окружающие ее любили и прочили ей блестящее будущее.

Верила в это и сама Татьяна, довольно рано опре-делившая, что именно должно включать в себя это емкое, но не слишком определенное понятие.

Прежде всего Татьяна не представляла иного, кроме Москвы, места на планете, где только может взойти и воссиять ее счастливая звезда. Некоторую долю уверенности вселяло то обстоятельство, что мать, вполне удачно вышедшая замуж второй раз, неплохо устроена была в столице и не раз выражала желание забрать дочь к себе, как только та закончитшколу. Отчим занимал какую-то средней руки номенклатурную должность, но этого, по словам матери, было достаточно, чтобы гарантировать Татьяне поступление практически в любой из столичных вузов, за исключением разве что нескольких самых престижных. Оставалось только выбирать.

Но и с выбором профессии Татьяна определилась довольно рано, в детстве посмотрев модный тогда фильм «Журналист». Потом были другие фильмы, представляющие людей этой профессии отчаянными, дерзкими и талантливыми поборниками справедливости, а саму профессию — престижной, овеянной романтикой дальних странствий и встреч с самыми замечательными и необыкновенными людьми.