Книга Рай с видом на ад, страница 31 – Владимир Колычев

— Уже после того, как ты посуду в посудомойку поставила или до того? — спросил Борис.

Он обращался к Варваре, а смотрел на Маркова.

— Ну да, в посудомойку ставила, — кивнул тот.

— Когда, в какое время?

— Стемнело уже. Но свет еще не вырубили… Когда свет вырубили, я сам вырубился.

— Когда у нас темнеет? Точно не в полночь, — усмехнулся Борис.

Он мог предъявить Варваре следы, оставшиеся от соприкосновения с деревом, спросить, где она таскалась, к какому дереву ее прижимали. Садовые деревья во дворах маленькие, женщину к ним не прижмешь, значит, дело было где-то на необитаемой территории. Совсем рядом с домом Ворокуты росла осина, ствол настолько под наклоном, что лежать на нем можно. Но пока Марков рядом, Борис не станет спрашивать его жену. Слишком уж деликатного свойства вопросы и уж тем более ответы на них. А им еще жить рядом.

Спрашивать Борис не стал, но калитку открыл. Как и ожидалось, Ворокута ее не запер. Так же, как не запер другую калитку. И дверь в дом.

— Через эту калитку он и вышел.

Борис подошел к искривленной осине, провел рукой по сыроватой еще поверхности там, где могла полулежать Варвара. Провел, посмотрел на руку, а затем резко глянул на Варвару. Застигнутая врасплох, она воровато отвела взгляд.

Борис усмехнулся так, как будто получил подтверждение своим подозрениям. А ведь он уже успел подумать о том, что Варвара согрешила перед мужем. Ворокута ушел, она загрузила посудомойку, Марков заснул, тогда все и началось. А закончилось трупом на высотной полянке. Может, Ворокута повел Варвару в горы, рогоносец выследил их и нанес ответный удар. В теории все просто, на практике гораздо сложней, учитывая физическую силу извращенца. Впрочем, Марков мог застать Ворокуту врасплох.

— А ведь я слышала выстрелы сегодня ночью, — сказала Полина.

— Утром. Ровно в четыре часа, — с усмешкой вспомнил Борис.

А ведь они подумали сегодня ночью, что это Марков гоняет по лесу свою неверную жену.

— В четыре часа я спала как убитая!.. — поспешила заверить Варвара. — И Петя спал. Без задних ног.

— А мы проснулись от выстрелов, — сказала Полина.

— Я же говорю, манекены стреляли, — вроде в шутку, но на полном серьезе сказал Борис.

— Почему манекены, а не манекен? — спросила Варвара, во взгляде ни тени иронии.

— Потому что два манекена было. Одного Ворокута застрелил. А во второго пошел стрелять. Взял под мышку, унес в горы, хотел привязать к дереву, а привязали его самого.

— Шутки шутками, а куда делись манекены? — спросил Марков.

— Осталась только рубаха. Не знаю, как зовут этого парня. Расстрелянного звали Рафаэлем, — сказал Борис.

— А за что Ворокута расстрелял Рафаэля? — Варвара пронзительно глянула на него. — Он же как бы тебя расстрелял? За то, что с Полиной не вышло… А друг Рафаэля — это как бы Петя. Ну да, все сходится! У Ворокуты со мной ничего не вышло! И он пошел убивать Петю!

— А Петя убил его самого! — вроде как в шутку предположил Борис.

— Я не убивал! — взвился Марков.

— Как бы ты убил!.. Друг Рафаэля убил. Ворокута усадил его на камень, снял рубашку, а друг Рафаэля вырвался и убил.

— За Рафаэля отомстил, — не осталась в стороне Полина.

— Все это смахивает на пьяный бред, но в то же время, где манекены? — задался вопросом Марков. — Ни одного нет, ни другого!

— Или лежат где-нибудь в кустах, или бегают по горам.