Онлайн книга «Перекрестки судеб»
|
– И все же они есть! И Нюргун продолжает… Но если да – то где же?.. Где, в каком месте они обычно собираются? – Наверное, где-нибудь в сторонке, за стойбищем. Здесь у нас шаманских бубнов давно уже не слышно. Да я бы и сам не разрешил! Аким Тугунаев был коренастым пожилым якутом, одетым в старенькую военную форму. Эту форму он донашивал после многолетней службы в пехотных войсках – в чине старшины. Полтора года тому назад он демобилизовался из армии, вернулся на родину и сразу возглавил маленький этот кочевой колхоз… И может быть, оттого, что во внешнем облике Акима, в его манере держаться, во всем угадывался кадровый военный, старый служака, капитан Самсонов испытывал к нему определенного рода симпатию; он верил, что Аким не подведет. И вел сейчас разговор с достаточной прямотою. – Ну, хорошо… А теперь представь себе, что во время камлания – скажем, возле какого-нибудь священного камня, – появляется чужой человек. Что с ним могут сделать верующие? – Прогонят, – пожал плечами Аким, – что же еще? А скорее всего, сами разбегутся… – А напасть, убить они разве не могут? – Напасть? – Аким нахмурился. – Убить? С какой стати? Уж не думаешь ли ты, что якуты приносят своим духам человеческие жертвы? – Да я не о том, – нетерпеливо проговорил капитан. – Я что хочусказать? Люди же ведь знают, что шаманство – дело запретное, тайное… И потому должны бояться непрошеных свидетелей. Не так ли? – Бояться, конечно, должны, – кивнул Аким. – Но все же… Я что-то не соображу – куда ты гнешь?.. Он проговорил так. Умолк, насупившись. И внезапно воскликнул, осененный догадкой: – Ах, так вот ты о чем! Вот о чем. Ты думаешь, что старый Нюргун замешан в недавнем убийстве… – А почему бы и нет? – прищурился Самсонов. – Нет, нет, – покачал головой Аким, – никогда не поверю. – Но почему? – Да ведь Нюргун, я повторяю, далеко не дурак! И он знает, что религия сейчас уже не преследуется так, как раньше. – Но и не поощряется. – Это ясно. Однако больших строгостей уже нет… А вот за убийство закон наказывает беспощадно. И тут уж не отвертишься. Могут даже и к высшей мере приговорить. Ведь могут? – Вполне. – Ну вот… И ты сам посуди: какой же ему смысл?.. В этот момент дверь избы распахнулась и в комнату вошел – почти вбежал – рослый парень, одетый в замшевую парку[18]. Его голова была повязана пестрым платком. Он быстро и взволнованно заговорил о чем-то. И лицо председателя сразу же напряглось и посуровело. Якутский язык капитан знал, но не блестяще. А когда говорили быстро – совсем почти ничего не понимал. Но все же он сумел разобрать, что речь идет о Холме Пляшущего и о какой-то находке… Он вопросительно посмотрел на Акима – и тот проговорил, нахмурясь: – Вот новость – как раз для тебя! На холме найден чей-то труп. – Кто нашел? – спросил капитан, торопливо вставая из-за стола. – Вот этот парень. Наш пастух. – А что он делал на холме? Ваши люди туда, кажется, не ходят… – Вообще-то не ходят, верно, – сказал Аким, – место там скверное. Но так уж получилось… – Я оленя искал, – сказал по-русски пастух, обращаясь теперь уже прямо к Самсонову. – Есть у нас один верховой олень – сильный, хорошо обученный, но с придурью… Как только его отпустят, он сразу норовит уйти куда-нибудь. Ну, и мне на этот раз показалось, что он забрел на холм. И я тоже – туда… А там, смотрю, человек лежит. Не дышит. |