Онлайн книга «Скелет в наследство»
|
— А можно мне побеседовать с продавщицей? — спросил Гуров у следователя. — Но только так, чтобы без свидетелей, один на один? — Пожалуйста. — Следователь вежливо пожал плечами. — Все равно я сейчас занят осмотром места происшествия. Только не забудьте поделиться потом результатами. — Обязательно поделюсь, — пообещал Гуров. Разговор Гурова с Анжелой происходил в небольшой магазинной подсобке. Ее услужливо предоставил Гурову донельзя расстроенный и напуганный хозяин магазина, заблаговременно прибывший на место. Вначале Гуров ничего не говорил продавщице, лишь задумчиво ее разглядывал. Так он пытался выполнить сразу две задачи. Во-первых, составить психологический портрет собеседницы, а во-вторых, поселить в ней недоумение и нетерпение. Отчего, дескать, на нее смотрят, но ничего не спрашивают? Может, ее в чем-то подозревают? В практике Гурова было немало случаев, когда вот так, без единого сказанного слова, ему все становилось ясно: кто перед ним, насколько умен или неумен его собеседник, стоит или не стоит задавать ему вопросы, какие вопросы лучше всего задать, каким тоном… А главное — какое отношение он имеет к преступлению: свидетель ли он, потерпевшая сторона или, может, тайный соучастник… После трех минут молчания Гурову в общем и целом психологический портрет продавщицы был понятен. И дело тут было не в какой-то особенной проницательности Гурова, дело было в самой продавщице. «Девочка-простушка», — так мысленно охарактеризовал Гуров свою собеседницу. Так оно было и на самом деле. Тот же Космонавт так же охарактеризовал ее при первом знакомстве. И получил с нее то, что хотел. С простушки легко получить то, что тебе хочется. — Как тебя зовут? — спросил Гуров. — Анжела, — всхлипнула продавщица. — А скажи-ка мне, Анжела, вот что. Почему этот грабитель охранника убил, а тебя — нет? Такой вопрос Гуров задал не случайно. Это был не просто вопрос, это был такой вопрос, который должен был выбить собеседника из колеи. Неожиданный это был вопрос, и от того, как Анжела на него отреагирует, зависело многое. Анжела ответила не сразу. Она испуганно взглянула на Гурова, шмыгнула носом и пролепетала: — Я не знаю… Он такой страшный, этот бандит! Большой, с ножом, в маске… — Вот как — в маске? — уточнил Гуров. — В маске… Такая, знаете, маска, по самые глаза… И нож в руке. — Что, прямо так — в маске и с ножом в руке — он и вломился в магазин? — Ага… — Так-так… — многозначительно произнес Гуров. Ответы продавщицы полностью его устроили — в том смысле, что это были ложные ответы. Продавщица говорила неправду, и это, если разобраться, была очевиднейшая и притом примитивная неправда. Не мог грабитель вломиться в магазин в маске и с ножом в руке! Никак не мог, ни в коем случае! Ведь это означало бы, что он надел на себя маску и взял нож в руки еще до того, как войти в магазин. И это — среди бела дня и при скоплении народа! Ведь магазин расположен в самом центре города! Это означало бы, что на грабителя непременно обратили бы внимание. Какой уж тут грабеж? Скорее всего, грабитель надел маску и достал нож, уже будучи внутри магазина. Но и это — вряд ли, потому что в магазине присутствовал охранник, и уж он-то хоть как-то отреагировал бы на такие действия посетителя. Но, похоже, он не отреагировал никак, потому что ничего такого не ожидал. А коль не ожидал, то грабитель вошел в магазин, как входят обычные покупатели — без маски на лице и без ножа в руке. Может, он надел маску потом, уже будучи в магазине? И это — вряд ли, потому что в этом не было никакого смысла. Особенно после того, как преступник убил охранника. |