Книга Агент, переигравший Абвер, страница 27 – Хачик Мнацаканович Хутлубян

Время было около шести. Вечерело. Люси крутилась у окошка, которое выходило на улицу, в надежде увидеть Казанфара, прогуливающегося, как обещал, с ее сумкой в руках. Но вместо него к воротам подкатил ее «Опель Капитан». Из-за руля вышел Майер и широким шагом направился к дому. Холодок пробежал у нее по спине. Нехорошее предчувствие затаилось внутри. Она едва успела убрать тревожное выражение с лица, как в комнату вошел Майер. Вопреки ожиданию он был спокоен и даже улыбнулся, увидев ее.

– Люси, хорошо, что я застал вас. Вы мне должны составить компанию в одном приятном мероприятии. Хотя бы в знак благодарности за то, что я пригнал вашу машину, которую вы бросили на базаре.

– Что я должна сделать? – спросила девушка, понимая, что ничем хорошим это ей не обернется.

– Сущие пустяки. Я вас приглашаю в загородный коттедж. Уделите мне немного времени. Выпьем по бокальчику коньяка за победу немецкого оружия. Как раз есть повод. Войска вермахта перешли в наступление… – Он посмотрел на нее и не стал продолжать. – Собирайтесь.

«Вот и все», – подумала Люси. Загородный коттедж имел плохую репутацию. Из тех, кого туда увозили, назад не возвращался никто. Майер не думал, что Люси об этом знала. Но она знала это. Отказываться было бесполезно. Если что, ее отвезут туда насильно. Она вдруг ясно поняла, каково бывает приговоренному человеку, когда нет больше места надеждам и мечтам, да и самой жизни тоже, считай, нет. Тревога ушла, и ей стало совершенно безразлично, что будет дальше.

Казанфар крутил педали на середине пути, когда на спуске, вписываясь в поворот, наклонил велосипед вправо чуть больше, чем надо бы. Сумка, висевшая впереди, попала между коленом и рулем. Толчок и колесо заюзило влево. Бедолаге ничего не оставалось, как, завалив велосипед на бок, прокатиться на животе по мостовой.

Из сумки посыпались несколько апельсинов, инжиры вместе с бумажным кульком, хорошего размера ананас и парочка продолговатых огурцов, которые в Иране считаются также фруктами. Вскочив на ноги, Казанфар первым делом собрал все выпавшее назад в сумку, когда услышал характерный звон, будто ударившейся о камень тяжелой монетки. Он присмотрелся и увидел под ногами… гильзу от ружейного патрона. Внутри – свернутый трубочкой кусок бумаги, исписанный столбиками цифр.

– Вот это фруктовый наборчик! – произнес он и даже присвистнул от удивления. Казанфар сунул гильзу в карман, вскочил на велосипед и уже осторожнее поехал на встречу с Люси.

– Через пять минут жду вас в машине, – сказал, как отрезал, Майер, направляясь во двор.

– Я все-таки девушка, а не солдат, – парировала Люси. – Дайте хотя бы двадцать минут.

– Пятнадцать, – закрыв торг, захлопнул за собой дверь тот.

Люси ушла к себе в комнату и почти сразу же вернулась в коридор, где на стене висел телефон.

– Надо позвонить портнихе, отменить примерку платья, – сказала она так, что ее услышала пожилая домработница, которая убиралась в подсобном помещении. Покрутив ручку аппарата, Люси подула в микрофон и назвала женщине из коммутатора номер. Когда на другом конце провода сняли трубку, произнесла: – Милая Зари, это – Люси. Сегодня мы не сможем встретиться. В ближайшее время, думаю, тоже. Я уезжаю прямо сейчас, прощайте, милочка… «Ну, вот и все. Звонить больше некому. Милый Казанфар, что ж ты опоздал так неосмотрительно», – мысленно упрекнула его она и, посмотрев на настенные часы, сентиментально подумала, что видит их в последний раз.