Онлайн книга «Агент, переигравший Абвер»
|
Сама мисс Кейти позже в еженедельном рапорте о том же Вартаняне записала следующее: «…по уровню усвоения учебного материла значительно превосходит остальных курсантов. Характер уравновешенный, устойчив к стрессам, способен к интенсивной деятельности. Отличается хорошей памятью, интеллектом, исполнительной дисциплиной. Оптимист». Ей, правда, было невдомек, что благодаря этим качествам Вартанян за короткий срок смог выявить шестерых курсантов, раздобыть подробную информацию о них и много чего интересного о самой школе и педагогах. Весь собранный материал он передал в советскую резидентуру, что получило высокую оценку Ивана Ивановича Агаянца. Став лучшим курсантом разведшколы, Жора старательно делился полученными знаниями со своими товарищами из «Легкой кавалерии». Получалось, что, преподавая им, он повторял и закреплял пройденный материал сам и мог поспорить, что истинный смысл поговорки: «Повторение – мать учения» значительно глубже, чем принято считать. Таким образом, с легкой руки Жоры на более высокий уровень поднялась подготовленность и его ребят, которые на глазах превращались в юных шпионов-профессионалов с британским уклоном. Прямо пропорционально их успехам стала сходить на нет эффективность работы школы. Сбрасываемые в советские республики английские агенты с пугающим постоянством оседали в казематах НКВД и либо не выходили оттуда никогда, либо появлялись вновь уже перевербованные советской разведкой. Англичане справедливо забеспокоились. В конце концов устроили курсантам серьезнейшую проверку, которую Вартанян прошел блестяще, без тени подозрений. Позже, когда, беседуя с ним, Иван Иванович спросил: «Амир, как тебе удалось так легко пройти проверку?», тот ответил: «Для начала убедил себя в том, что я настоящий английский агент. Когда сам поверил в это, убедить англичан было не трудно». – Молодец, парень! – улыбнулся Агаянц. – Иван Иванович, через месяц завершается моя учеба. Наш поток для прохождения курса прыжков с парашютом собираются на полгода отправить в Британскую Индию. – Знаю. Но тебе туда не надо. Я думаю, что с разведшколой пора заканчивать. – Совсем? Почему сейчас, а не раньше? – Не раньше?.. Конечно, не раньше. Нам было важно выяснить подробности о школе, ее преподавателях, курсантах, целях и задачах. Понимаешь, о чем я говорю? – Понимаю. – Вот. Да и бросать учебу, завалив британцам все дело на полпути, не совсем было педагогично, я б даже сказал, не по-джентльменски как-то, – под конец пошутил Агаянц. – Все-таки через месяц дипломированным английским шпионом станешь. – Не только я, но вся наша «Легкая кавалерия» смогла б выдержать выпускные экзамены, – решил поддержать хорошее настроение шефа Жора. – Не сомневаюсь в ваших способностях, – посерьезнев, произнес Иван Иванович. – Амир, в донесении ты спрашиваешь разрешения на вербовку своего одногрупника Симона. Я посмотрел его досье. Кандидатура возражений не вызывает. Но ты понимаешь, что, будучи курсантом, сам не можешь этим заняться? – Да, мы же обязаны отчитываться перед начальством в письменном виде обо всех разговорах в стенах школы. А за ее пределами курсантам встречаться друг с другом вообще строго запрещено. Если нас заметят хотя бы рядом – это исключение… – Исключение из школы и отправка в «командировку» в один конец. Без обратного билета. Так что не спеши. |