Книга Курс 1. Ноябрь, страница 109 – Гарри Фокс

Громир отправил голосовое сообщение, полное матерных восклицаний и облегчённых вздохов. Зигги скинул три ссылки на исторические прецеденты массового безумия магических существ с пометкой «Изучи, когда сможешь. Гипотезы тревожные.»

Но самое ошарашивающее пришло не от них. Это были экстренные новостные сводки, которые взломали все каналы. Инцидент в академии Маркатис оказался не единственным. Подобное происшествие, как волна, прокатилось по всейИмперии. В зверинцах, в заповедниках, в диких лесах и даже в глубоких пещерах — магические существа словно обезумели одновременно. Погибли сотни, если не тысячи людей по всей стране. Имперские легионы получили приказ укреплять оборону в мелких городах и деревнях. Над каждым населённым пунктом теперь висел императорский эдикт: не выходить ночью за пределы освещённых улиц. Леса, горы, побережья — всё, что за пределами городских стен, было объявлено зоной повышенной смертельной опасности. Охота и исследования приостановлены. Империя замерла в ожидании, как зверь, почуявший дым пожара.

А потом пришло личное. После обмена сообщениями о банальном — «Как самочувствие?», «Что врачи говорят?» — Мария, словно между прочим, обронила:

«Отец настаивает, чтобы ты выздоравливал под надёжной защитой. Ты будешь жить во дворце, пока академию не восстановят. Для тебя подготовлены покои в восточном крыле.»

Секунду спустя пришло сообщение от Ланы, взрывное и категоричное:

«Никакого дворца! Ты едешь ко мне, в поместье Бладов. Здесь безопаснее, чем в этой позолоченной клетке, и тебе не придётся целовать подол императорского платья каждое утро!»

Я задумался. Поехать к Лане… это было бы проще. Свободнее. Но рискованнее в свете последних событий. И гораздо более оскорбительно для короны.

Мария, словно уловив мои колебания, прислала ещё одно сообщение, короткое и неоспоримое:

«Это не просьба. Это воля императора. Он хочет видеть тебя лично. Отказываться — значит проявить непочтение в момент, когда Империя нуждается в единстве. И, если честно, не лучшая для тебя идея.»

Она была права. Отказываться от «приглашения» императора, да ещё после такой катастрофы, когда все ищут виноватых и точки опоры — это было бы равноценно политическому самоубийству. Да и физическому, пожалуй, тоже. Дворец, со всеми его интригами и неусыпным вниманием, казался ловушкой. Но ловушкой, в которую сейчас было безопаснее зайти добровольно, чем быть втянутым силой.

Я вздохнул и отправил Лане короткое: «Приказ императора. Не могу ослушаться. Но спасибо.»Её ответ был красноречивым молчанием, которое я мысленно перевёл в серию разбитых ваз и вырванных с корнем розовых кустов где-нибудь в её саду.

Значит, так. Из элитной клиники — прямиком в золотую клетку императорского дворца. Пока всяИмперия содрогается от рыка обезумевших тварей, мне предстоит учиться выживать в джунглях, куда более опасных и тихих. И встреча с самим императором… Что он хочет от «барона», ставшего графом, пережившего нападение и, возможно, как-то связанного со всем этим хаосом? Ответа у меня не было. Только тяжёлое предчувствие и ноющее под повязками тело, напоминавшее о цене, которую уже пришлось заплатить.

Я проснулся не от звона будильника и не от собственных тревожных мыслей. Меня разбудило лёгкое, почти невесомое прикосновение. Кто-то мягко гладил меня по волосам. Запах — тонкий, цветочный, знакомый. Я медленно открыл глаза.