Книга Рожденная быть второй, страница 113 – Таша Муляр

Ей все время не хватало денег, и она, конечно, рассчитывала на свою зарплату, не хотела теперь просить у родителей, зная, что у них тоже туго с деньгами. Бесконечные осетры и икра уже здорово измотали их всех, особенно напрягал риск, с которым была связана добыча и сбыт осетрины. Отца уже несколько раз ловили инспектора, он откупался той же, им выловленной и переработанной икрой и рыбой, у него появилась «крыша» – группировка местных рэкетиров, которым теперь платилась ежемесячная дань. Все это сказалось на здоровье и характере отца, Василиса уже и не помнила, когда видела его выспавшимся и смеющимся, а уж про песни – какие он раньше пел песни под гармонь! – вообще забыли.

Сегодня они с Наташей наконец-то вырвались и едут вдвоем, да, именно вдвоем, без Риты. Хорошая, конечно, у нее сестра, но при ней толком не поговоришь, а хочется обсудить всякие девичьи новости. Василиса всегда брала с собой Риту, ведь с ней некому было сидеть. Сегодня же она отвела ее к бабе Симе. Так что они, свободные как птицы, поедут на Васькин остров отмечать ее день рождения – восемнадцать лет. О как!

До этого решили заехать на кладбище. Василиса часто навещала могилу Паши, вот и сегодня хотела свежие цветы ему привезти. Подруги, не сговариваясь, обе надели белые платья в мелкий синий горошек, с несколькими ярусами оборок на юбке. Василиса высмотрела платье в одном из журналов у Наташи дома, заинтересовалась, нашла ткань в городе в магазине «Лоскуты», поделилась с подругой своей затеей, та тоже загорелась. Потом в ателье заказали. Платья-то одинаковые, а сидят на них совсем по-разному. Тоненькую и высокую Василису оборки украшали, а коренастую и кругленькую Наташу, напротив, полнили. Но ее это ничуть не смущало, она в любом наряде ощущала себя неотразимой. Такая натура.

– Знаешь, мне как-то легко становится после того, как я с ним там посижу и поговорю. Как старуха, да? – Василиса будто оправдывалась перед подругой.

Они и правда давно не виделись. У Наташи были новости из суда по ее иску, да и просто поболтать хотелось, редкий случай, когда мама в субботу ее с рыбой подменила и разрешила Ритусю к бабушке отвести: «День рождения же, отмечай, как хочешь сама». А она именно так и хотела. Если звать гостей домой, как у них принято, это, опять же, расходы, три дня готовки, а потом еще два дня уборки, а она уже смотреть не может на всю эту домашнюю работу. Так что – нет, лучше она с Наташей вдвоем отметит, а потом дома вечером родители с сестрой ее поздравят.

– Да не вопрос, заедем, конечно. У нас-то никого там нет. На кладбище. Я там и не была никогда. Интересно даже, – ответила Наташа на предложение Василисы посетить кладбище по дороге на пикник на острове.

Они мчались что есть мочи, изо всех сил налегая на педали, разгоняя плотный августовский воздух, летели сквозь умопомрачительные ароматы трав, слушая шуршание пожухлой листвы золотой кукурузы, проносились мимо тысяч созревших, склонившихся от тяжести графитовых тарелочек подсолнуха, поднимая за собой облако бурой пыли. И так им было хорошо, как бывает только в восемнадцать лет, в момент, который, быть может, останется в памяти на всю жизнь, когда тебе кажется, что ты летишь, летишь, словно птица, легкая, невесомая, ловишь потоки ветра и вольна лететь туда, куда тебе действительно хочется и где тебя ждут…