Книга Мать велела герань не поливать, страница 71 – Таша Муляр

Электричка незаметно преодолела расстояние до следующей станции. В раскрывшиеся двери, словно горошинки из банки, высыпались на перрон спешащие теперь не пассажиры, запустив вместо себя новую партию желающих переместиться из деревни в город.

От дум о муже и их семейной жизни Надежду Семеновну отвлек резкий запах чеснока и специй. Казалось, чеснок где-то рядом, запах был острым и навязчивым. Хотя откуда ему взяться? Она отвернулась от окна и увидела крупного мужчину, заполонившего собой все пространство вагона. Он был примерно ее возраста, грузный, вспотевший от жары и физической активности: видимо, торопился занять место в вагоне. За спиной у него возвышался рюкзак, руки были заняты. В одной держал банку с колой, во второй – шаурму. Именно шаурма источала резкий аромат чеснока. Он чуть было не прошел мимо мест, где сидела Надежда Семеновна, но потом передумал и сел напротив нее, на крайнее к проходу. За ним шла женщина – видимо, жена. Она была под стать мужу: такая же крупная, неопрятная, вспотевшая и с рюкзаком. Они не разговаривали, а переглядывались друг с другом. Выразительно посмотрев на жену, мужчина указал взглядом на место напротив себя, то есть рядом с Надеждой Семеновной. Молодежь, сидевшая там раньше, вышла на этой станции, предоставив места новым пассажирам. Жена грузно опустилась, чуть не вжав Надежду Семеновну в окно. Мужчина, сидя с занятыми едой руками, пытался снять рюкзак, выполняя елозящие пируэты спиной и телом. В результате привстал, инстинктивно сжал руку с шаурмой, и томатно-майонезный соус, смешанный с чесноком, куриным жиром и морковью, брызнул на бежевое платье Надежды Семеновны.

Когда ярко оранжевый сок плюхнулся с высоты роста мужчины на ее новое летнее платье, подаренное приятельницей на даче, Надежда Семеновна даже не сразу сообразила, что произошло. Она буквально как завороженная сидела и наблюдала, как пятна расплываются по ткани, соединяясь между собой, словно акварельные солнышки на детском рисунке. Новые соседи по поездке при этом продолжали как ни в чем ни бывало уминать остро пахнущую шаурму, запивая коричневой газировкой и переглядываясь. Наконец она очнулась и подняла вопрошающий взгляд на мужчину с едой. Тот не понял, чего она хочет, и откусил еще, буквально впившись зубами в сверток из полиэтилена и лепешки.

– Может, вы мне хотя бы салфетку предложите? – Надежда Семеновна встала, демонстрируя жующей семейной паре платье в неаппетитных пятнах масляно-чесночной акварели.

Мужчина на пару секунд престал жевать. Рулончик с шаурмой был завернут в пачку примерно из десяти салфеток. Он достал одну, выдал ей и продолжил трапезу.

«Что вообще происходит? Что за свинство? Почему всем все равно? Что за люди?» – негодовала про себя Надежда Семеновна, промакивая яркие пятна салфеткой и время от времени обводя взглядом вагон в молчаливом и безнадежном поиске поддержки. В какой-то момент взгляд опять наткнулся на взгляд того седовласого красавца. Он посмотрел на нее скорее с любопытством, показалось даже, он хотел привстать и пойти на помощь… хотя что она такое придумывает – незнакомец далеко сидит и просто не видит происходящее.