Книга Профессор Астор, страница 108 – Катарина Маура

– Спокойной ночи, – говорю ей, направляясь в свою спальню, хоть и хочу пойти в комнату Колтона. Последнее, что мне сейчас нужно, – это чтобы она последовала за мной, ведь больше всего на свете я желаю наконец остаться с Леей наедине.

Я вздыхаю и жду, чтобы убедиться, что она спустилась на первый этаж, чувствуя себя при этом чертовски нелепо. Не могу поверить, что мне приходится тайком пробираться по собственному дому, черт возьми. Ничего более странного со мной еще не случалось.

Я нетерпеливо вхожу в спальню Колтона и останавливаюсь, когда вижу, что Лея обнимается с Колтоном. Какое-то время я просто стою, наблюдая за ними обоими. Вместо Леи с Колтоном должна лежать его мать, но он просил позвать свою няню. Меня это не то чтобы удивляет, но помогает прояснить некоторые вещи.

Я осторожно поднимаю Лею на руки, мое сердце переполняется любовью к ней. Я уже несколько месяцев мечтаю о том, чтобы она была в моей постели. Она ни за что не будет спать сегодня в комнате для гостей.

Лея сонно моргает, когда я несу ее в свою спальню, и встречается со мной взглядом.

– Тор? – ее сонный голос чертовски сексуален. Я хочу этого. Хочу просыпаться и засыпать с ней рядом каждую ночь. Я никогда и ни в чем не был так уверен, как сейчас.

Я опускаю ее на кровать, и она зевает.

– Мне нужно в душ, – говорит она. – Тяжелый выдался денек.

– Воспользуйся моей ванной, – предлагаю ей. – Я пойду заберу твою сумку из комнаты для гостей.

Лея кивает, и я наблюдаю, как она исчезает за дверью ванной. Очередная мысль поражает меня до глубины души. Я хочу, чтобы ее одежда висела рядом с моей, а ее зубная щетка стояла рядом с моей. Это глупые желания, но я отчаянно хочу, чтобы они сбылись.

Я нетерпеливо вздыхаю. Еще несколько недель. Больше я не выдержу. Если мы сможем пережить это время, все будет в порядке. Предполагается, что Лея сдаст свою диссертацию на следующей неделе, и, как только успешно защитит ее, мы будем свободны. Тогда остается только найти подходящий момент, чтобы рассказать об этом детям и ее семье.

Я ставлю пакет, который Амара принесла Лее, на кровать и хмурюсь, когда замечаю что-то фиолетовое среди ее одежды. Я залезаю в пакет, и у меня челюсть отвисает, когда понимаю, что держу в руке вибратор, который выглядит как эмодзи-баклажан. Что это за хрень?

Черт бы побрал эту Амару. Я не сомневаюсь, что это она спроектировала и создала эту штуковину. О чем она думала, когда принесла ее Лее? И почему, черт возьми, она такая большая? Вибратор размером с мое предплечье. Неужели Амара считает, что я недостаточно удовлетворяю свою девушку?

Я захожу в ванную и нахожу Лею под струями душа, запотевшее стекло скрывает большую часть ее тела.

– Детка, – бормочу я, – что это за хрень?

Лея поворачивается ко мне и начинает хохотать.

– Это… баклажан. Как в эмодзи.

– Я это вижу… я спрашиваю, почему Амара решила, что тебе это нужно. Что, черт возьми, ты ей наговорила?

Она протирает стекло, являя моему взору свое обнаженное тело, и мой член мгновенно твердеет.

– Ничего, – отвечает она. – Полагаю, проблема в том, что я вообще почти ничего ей не рассказывала. Как мне поделиться с ней тем, что лицо ее двоюродного брата всего несколько дней назад было у меня между ног?

– Так не пойдет, – возражаю я. – Я не могу конкурировать с этой штуковиной. Я должен убедиться, что удовлетворяю тебя настолько, что ты никогда не возьмешься за нее.