Книга Порочная связь, страница 34 – Кристина Лин

— Агата, не сиди истуканом, — бросает мне мама, — приготовь чай. Пирог еще теплый.

Ну, вот, начинается. Так, ладно, просто пережить.

— Хорошо, мама, — поднимаюсь со стула.

Впрочем, она права. Могла бы, и сама, догадаться предложить чай. Все-таки, гость у нас.

Иду на кухню. Включаю чайник и сыплю заварку. Режу пирог и выкладываю аккуратно на специальное блюдо. То самое, которое мама подарила на свадьбу. Не дай Бог, разбить его! Но тут взгляд мой падает в окно. Вернее, на стекло. С обратной стороны которого растеклось противное пятно. Кажется, даже птицам сегодня была дана команда испортить мне день. А иначе, зачем гадить именно сейчас и именно сюда? Ладно, может, мама и не заметит? Просто не буду звать ее на кухню, вот и все.

Но не тут-то было. У мамы чутье, поэтому она уже здесь.

— Что ты там возишься? — вплывает в комнату ее внушительная фигура, еще сохранившая красивые изгибы. Несмотря на возраст, мама всегда умела выглядеть эффектно. В отличии от меня.

Вздрогнув, я едва не уронила чашку.

— У меня все почти готово, — отвечаю, пытаясь стать так, чтобы мама не заметила пятна на стекле. Она не промолчит, я точно знаю.

Да и, разве, возможно уследить за каждой, пролетающей мимо, птичкой?

— И как ты только живешь в этом мире?! — восклицает мама свою любимую фразу. — Ты всегда была капухой. И даже не думаешь меняться!

Начинается! Боже, пусть этот день поскорее закончится.

Молча ставлю чашки и чайник на большой поднос. Я привыкла не отвечать на мамины упреки. Так проще. Ведь, убедить ее в чем-то, доказать, что не такая уж я неудачница, как она обо мне думает, просто невозможно. Раньше плакала, много и больно. Потом научилась держать себя в руках, и не рыдать при всех. А затем, как-то, и детство прошло. Я больше не та маленькая девочка, которой была когда-то, поэтому спорить и плакать не стану.

— Поможешь? — киваю маме в сторону блюда с пирогом.

— Не спеши, — совсем забыв про логику, говорит она. Только что же отчитывала меня за нерасторопность! — Я пришла поговорить с тобой.

В последний раз, когда мама произносила эту фразу, разговор закончился словами «если ты не выйдешь за него, то будешь самой большой дурой в мире». С тех пор, я не только вышла замуж за того, кого она мне определила в мужья, но и успела отвыкнуть от разговоров с мамой тет-а-тет. Наверное, поэтому после маминых слов в теле напрягся каждый мускул.

— О чем? — спрашиваю ее, не забыв стать так, чтобы с ее положения злополучного пятна на окне не было видно.

— Агата, я тебе поражаюсь, — восклицает мама, закатив глаза, — вы уже пять лет женаты, а детей все нет!

— Оу! — выдыхаю от неожиданности. Такого разговора я совсем не ожидала.

— Вот ты скажи мне! — идет мама в наступление. — Сколько вы еще будете друг у другу присматриваться?

«Не твое дело!» — вертится на языке.

— Не знаю, — озвучиваю вслух.

Мама всплеснула руками. Так, как она обычно делает всякий раз, когда я опять все сделала не так, как надо. И от этого жеста меня привычно передернуло.

— Ты хочешь, чтобы я умерла, не дождавшись внуков, да? — говорит мама, делая шаг вперед.

У меня возникло ощущение, словно, мне на плечи взвалили всю тяжесть мира.

— Я не хочу, чтобы ты умирала, мама, — говорю, глядя ей прямо в глаза.

Она театрально закатывает глаза.