Книга Дочь врага. Невинность в расплату, страница 22 – Кэтрин Рамс

Сейчас же мне не нужно о них волноваться, потому что неизвестно, когда я вернусь домой и вернусь ли вообще.

Неизвестно, что Камиль решит со мной сделать. Он сказал, что я стану его женщиной, а вот, что это значит, я плохо понимаю. У меня никогда не было опыта отношений.

Да я вообще не согласна с ним ложиться в одну постель! Он враг моего отца, он собирается причинить боль моей семье, а значит он и мой враг тоже, несмотря на то, что между ними произошло. Я не могу предать своего отца и лечь под кровожадного убийцу.

Мне придётся взять себя в руки и обдумать, что же стоит делать дальше, как себя вести с Камилем, чтобы смочь договориться. Мне нужно получить его доверие и тогда нанести удар.

Я ещё мало представлю, как это сделать, но сейчас я должна вести себя тихо и смотреть по ситуации. Если бы он был окончательно потерянным, то он бы уже осуществил задуманное.

У меня есть шанс и я его использую.

А сейчас я не могу понять, что же мне делать с этим мясом! Решаю его немного посолить и сразу отправлю в раскалённую сковородку.

Все начинает громко шипеть и горячее масло попадает мне на руки из-за чего я отпрыгиваю в сторону. Огонь поднимется так высоко, что мое сердце от страха чуть ли не выпрыгивает из груди.

— Что ты делаешь?! — слышу я, яростный голос мужчины, который подбегает к плите и выключает ее.

Он смотрит на меня, как на ненормальную, а я же только поджимаю губы, сильно смущаясь то того, что ничего не знаю о готовке.

— Жарю стейк… — говорю я осипшим голосом. — Как ты приказал.

— Ты портишь мясо, а не жаришь стейк. И чуть не устроила пожар! — продолжает он злиться, давая ощутить себя никчёмной. — Ты делаешь это специально?

Я не знала, что все так обернётся. Честно!

— Нет, — опускаю я глаза в пол, чтобы не видеть его агрессивного взгляда. — Прости, я правда не хотела.

— Я же сказал, что голоден и планирую лечь спать сытым, — произносит он с раздражением, выкидывая мое кулинарное творение в мусорное ведро. — Ты, что, не умеешь готовить?

Не сложнодогадаться.

На самом деле, я всегда хотела попробовать, считала, что каждая девушка должна уметь это делать, но маму нельзя было переубедить в обратном.

Варшавские не прислуга, всегда говорила она.

— Я никогда не была за плитой, — признаюсь я, продолжая стоять с опущенными глазами, как нашкодивший ребёнок.

Он же даже не поинтересовался у меня умею ли я готовить. Это полностью его вина.

— А то и видно, только и умеешь, как задницей крутить на сцене, — говорит он раздраженно, убирая за мной этот беспорядок.

— Ты видел как я танцую? — спрашиваю удивлённо.

Раньше он ходил на мои выступления, но тогда я не была настолько хороша. Поначалу у меня плохо получилось, но спустя годы тренировок я смогла добиться такого успеха, что мне даже приходили предложения переехать заграницу и покорять там всех своим умением. Но это не моя места…

— Был на твоём последнем выступлении. Скажу одно, что танцуешь ты лучше, чем готовишь.

Все же поднимаю на мужчину взгляд и вижу его явное одобрение. Ему понравилось, что меня где-то глубоко в душе очень радует.

— Этому меня учили много лет, — жму я плечами, наблюдая за тем, как он достает из холодильника мясо и начинает его умело нарезать.

— А лучше бы учили, как ухаживать за мужчиной. Танцами сыт не будешь.

Может он и прав. Когда-нибудь я выйду замуж и обязательно научусь готовить для мужа и своих детей. На самом деле я не хочу жить в огромном доме с прислугой, я хочу стать хозяйкой, такой хорошей, чтобы близкие были мною довольны.