Книга Только (не) ты, страница 84 – Валерия Сказочная

А потом тем более не до них становится.

Марк бережно берёт меня на руки, и как драгоценную ношу несёт в нашу комнату, укладывает на кровать, мягко нависая надо мной и переплетая наши пальцы. Даже не думала, что он может быть таким нежным… Хотя и это чувство он проявлял раньше, но сейчас будто совсем особенно всё.

Смотрим друг другу в глаза, а я тянусь погладить его по волосам. Кто бы мог подумать, что мне именно с Марком будет так легко, так счастливо и так волнующе до трепета. Хотя я его просто не смогла узнать сразу, а как только довелось, больше таких сомнений и не было.

Нежность быстро трансформируется в возбуждение, такое же чувственное и тёплое. Тяну Марка на себя чуть настойчивее, давая понять, что я пока вполне такая же, как и была. И любой ценой, всеми способами сберегу нашего ребёнка — но это не значит, что нам с его отцом теперь надо лишать себя привычных радостей.

Марк податливо принимает мои губы своими. Его язык погружается в мой рот, лаская чуть ли не всё, до чего там дотягивается, прежде чем вступить в игру с моим языком. И я мгновенно расплавляюсь от счастья, вспоминая, что примерно так же он целовал меня,после того, как призналась ему в любви в нашей первой совместной поездке. Это были Мальдивы.

Он делал мне массаж, раскрывая мне этим свой очередной талант. Я так млела от его сильных рук, от того, как умело его пальцы проходились по позвоночнику от затылка до поясницы, растирая спину и руки, расслабляя каждую мышцу. Кажется, он и до сердца тогда добрался, и оно не выдержало. Всё невысказанное само собой полилось, стоило мне только развернуться и посмотреть в глаза Марка. Это был крышесносный секс, пусть и масло довольно ощутимо скользило между нами. Ну и конечно, я получила не только оргазм, но и ответное признание, причём прямо во время него.

А сейчас момент не менее трепетный. Однозначно войдёт в мои любимые — а их уже немало, и каждый особенный. Шепчу Марку разные глупости об этом, целую шею и покусываю мочки ушей, вырывая сдавленный стон и с радостью ощущая, что его возбуждению не мешает всё ещё продолжающаяся осторожность.

— Малыш нас точно не застукает, — прижимаясь бёдрами к члену, поддразниваю.

Марк ухмыляется. Ну конечно же, и сам понимает, что зря так перестраховывается.

— Просто очень хочется, чтобы всё было хорошо, — слегка смущённо признаётся.

И за этими словами столько всего стоит… Так и чувствую, что для Марка мы с ребёнком настолько важны, что над нами ещё и носиться будут. Ответственности любимому всегда хватало, а роль папочки для его непривычна. И как всё новое, требует изучения, причём на этот раз особенно тщательного, ведь речь о нас.

Прижимаюсь к нему всем телом, дрожа от переизбытка эмоций.

— Всё и будет хорошо, — отвечаю, горячо целуя его.

И, кажется, Марк воодушевляется от всего сразу — и от моих слов, и от собственной решимости и уверенности в их претворении в жизнь, и от распаляющего обоих поцелуя и близости.

От одежды мы избавляемся почти одновременно, чуть ли не синхронно раздевая друг друга, хоть и в беспамятстве скорее.

Марк сразу же снова укладывает меня обратно, жарко ласкает моё податливое тело, как хочет. Вылизывает пупок, выпирающие косточки на бёдрах, посасывает соски, гладит, целует, нежит.

Руки дрожат, когда я чуть прогибаюсь в пояснице, цепляясь за него. Плавлюсь, таю, совершенно теряю голову от прикосновений. Марк всегда чувствует, где дотронуться, поцеловать, куснуть, погладить. И унас это взаимно, я даже создаю в его теле новые чувствительные зоны, те, что ими раньше и не были.