Онлайн книга «Брат подруги. Наваждение»
|
Наслаждение такое острое, что я не могу сдержать стонов. Один перебивает другой, голос срывается, дыхания не хватает… Выгибаюсь, хватаюсь за простыни, а ноги самим собой разъезжаются в стороны. Дают Матвею ещё больший доступ… Из губ срываются громкие жалобные стоны. Такое ощущение, что ещё чуть-чуть, и умру от такого почти болезненного яркого удовольствия. Губы Матвея как-то особенно чувствительно сжимают мне клитор, и в эту секунду мир вокруг рушится. Исчезает. Остаётся только горячий рот, язык и руки, сжимающие мне попу. А ещё крик. Оглушающий меня саму протяжный стон, срывающийся из моих же губ. Вот уже второй оргазм. Даже не думала, что смогу испытать его почти сразу вслед за первым. И что он будет таким же взрывным, уносящим и дарящим лёгкость, приятное покалывание по телу и чувство удовлетворённости. — Какая ты отзывчивая, — шепчет Матвей, нависая надо мной и берясь за мои колени. — Кайф сплошной…. От его действий в сочетании со словами и совсем уже тёмным взглядом у меня всё внутри сжимается тягуче. Затапливает сладким предвкушением, и я расслабляю ноги, отдаваясь всему, что со мной делает Матвей. Ведь прекрасно понимаю, зачем он это делает… Мы переходим к основному. А он всё ещё не кончал. Как только держится? Вижу же, что не терпится. Его горячее и в меру мощное тело оказывается сверху, а я задыхаюсь от ощущений. Он ведь везде, окутывает собой, вытесняет весь остальной мир. Да что там — даже голову мне опустошает. Его губы настойчиво и властно покоряют мой рот, а руки уверенно движутся по телу, в то время как крупный чуть пульсирующий член упирается мне куда-то в пупок. Его палец проникает в меня, отчего немного непривычно и не по себе. Он растягивает, двигается, распирает всё внутри. Немного даже больно, но совсем отголосками. Весь дискомфорт почти стираетсяиз-за головокружительных ощущений. Ведь другие пальцы этой его руки ласкают клитор и вокруг, а губы продолжают меня целовать. Снова, снова, ещё раз… Теряюсь во всём происходящем, растворяюсь опять. Чуть прихожу в себя только когда чувствую, как твёрдая большая головка слегка давит у входа, толкается внутрь. Подаюсь навстречу, шире раздвигаю ноги — даю понять, что готова. Толчок, ещё один… И вот уже проникновение. Уверенное, хоть и неспешно осторожное. Смотрю на Матвея, смакуя момент: он во мне, мы вместе… И взгляд у него такой жаркий и ласковый, что сердце пропускает удар. Я ведь не переставала его любить. И что бы ни было дальше, эта ночь всегда останется со мной. Как и эти чувства, затапливающие меня и явно накрывающие его. В глазах Матвея непередаваемая нежность, наполняющая меня уверенностью: я не только первой шевелюсь так, чтобы он оказался во мне до конца, но и говорю чуть сорвано: — Я люблю тебя… Матвей обнимает меня так крепко и почти отчаянно, что мне, пожалуй, и не нужны ответные признания. Хочется, конечно, но не ради них сказала. Просто не могла уже молчать, это разрывает… Некоторое время мы словно замираем так: обнявшись, пока он во мне. А потом Матвей начинает двигаться, так ничего и не сказав. Но мне по-прежнему не слишком нужны слова, я прислушиваюсь к ощущениям. Это не так уж больно, вернее, даже почти не больно совсем. Лишь лёгкое жжение и покалывающие ощущения можно назвать дискомфортными, и то с натяжкой. Потому что куда больше окутывают близость Матвея, его ласковые поцелуи мне по лицу, наше обоюдное желание, любовь… Пусть даже только моя — всего этого слишком много, достаточно, чтобы вытеснить не только какой-либо дискомфорт, но и вообще весь мир. |