Книга Невеста горца. Долг перед кланом, страница 57 – Злата Романова

Каждое его движение отзывается вибрацией под кожей. Я пытаюсь просто дышать, потому что даже это дается с трудом. Я извиваюсь, пытаясь усилить давление его пальцев, и когда он скользит одним из них внутрь меня, толкаюсь навстречу, пытаясь насадиться поглубже, но этого так мало, что из груди рвется разочарованное хныканье.

– Не мучай меня, Асад!

Он дышит рядом с моим ухом – низко, прерывисто, и это сводитменя с ума. Его твердый член упирается мне в поясницу и я потираюсь о него, вызывая громкий вздох. Он ложится еще ближе, прижимаясь к моей спине. Горячая грудь, сильные руки – он будто обволакивает меня полностью, а потом его губы присасываются к моей шее, помечая ее следами зубов и засосом, который завтра придется прятать.

Я сжимаю простыню. Хочу сказать «стоп». Или «быстрее». Потому что мне уже больно от того, насколько сильно я возбуждена, но ничего не выходит – язык словно прилип к небу и я могу издавать только бессвязные, животные звуки.

Асад разворачивает меня к себе и целует, жадно накрывая мои губы своими. Глубоко, настойчиво, с нажимом. Мои руки тянутся к нему сами – за шею, в волосы. Мне хочется прижаться ближе, слиться с ним. Когда его ладони обхватывают мое тело, я не думаю. Я действую на инстинктах, помогая ему стянуть с меня пижаму. Мы даже не раздеваемся полностью, снимая только то, что ниже пояса. Асад ставит меня на колени, спиной к себе, и раздвинув мои бедра, входит в меня сзади. Жестко, глубоко, на всю длину, заставляя взвизгнуть от неожиданности.

Эта поза – новая для нас. Так он ощущается острее, глубже. Я не могу прекратить стонать с каждым его толчком, потому что это слишком хорошо. Асаду приходится заткнуть мне рот рукой, потому что звуки слишком громкие. Шлепки его бедер о мою задницу, однако, ничем не приглушить, потому что мы оба слишком жадны до оргазма, чтобы замедлиться.

Когда наши тела соединяются, все исчезает.

Я падаю на локти, приподняв попку, и он вбивается в меня в устойчивом ритме, не слишком быстро, но так тщательно и глубоко, что я сжимаюсь на нем все туже и туже с каждым толчком, пока, наконец, не кончаю, кусая за ладонь и душа крик в горле.

Мое имя звучит в его дыхании, когда я выгибаюсь навстречу, а его – пульсирует у меня в груди. В этот момент я чувствую только то, что принадлежу ему. Целиком и полностью, вся в его власти, и он может делать со мной все, что захочет, потому что я позволю ему.

Когда Асад, наконец, освобождается во мне, его стон такой громкий, что я сжимаюсь от удовольствия. Мне нравится, что я могу заставить его потерять свою бесстрастную маску холодного альфа-самца. По крайней мере, в постели со мной, он теряет голову в той же степени, что и я с ним.

Немного отдышавшись, он поворачиваетнас на бок, потому что я превратилась в бескостное желе, а потом удивляет меня, снимая с меня пижамную рубашку и раздеваясь до конца сам. Сбросив нашу одежду на пол, он тянет меня под одеяло, прижимая к себе и неторопливо скользя руками от моей шеи до задницы в медленном, устойчивом ритме, что является чуть ли не первой его лаской вне секса.

За окном занимается рассвет, в комнате уже светло настолько, что я могу ясно разглядеть черты его лица, но мое зрение туманится от усталости и у меня даже не получается полностью осознать происходящее, прежде чем я снова засыпаю, прислонившись лбом к его груди.