Книга Новогодний соблазн для босса, страница 39 – Сладкая Арман

Я посмотрела на экран. Там были распечатки электронных писем, скриншоты переговоров в мессенджерах. Я начала читать, и у меня похолодело внутри. Это была переписка Элеоноры с нашим главным конкурентом. Она передавала им коммерческие тайны, данные о наших клиентах, стратегии развития. Даты стояли за несколько месяцев, вплоть до самого ее увольнения.

— Как… как ты это нашел? — прошептала я.

— После ее ухода я велел провести полный аудит ее деятельности за последний год, — объяснил он. — Она была умна, но самоуверенна. Думала, что замела следы. Но один крошечный лог-файл, одно неосторожное подключение к корпоративному серверу с личного устройства… Этого хватило.

Я смотрела на доказательства ее настоящего предательства, куда более серьезного, чем подброшенные деньги. И понимала, что Григорий знал это все время. С самого начала. Он не просто защищал меня. Он уничтожал угрозу. И он делал это хладнокровно, методично, не оставляя ей ни единого шанса.

— Ты… ты знал, что она шпионит, еще когда уволил ее?

— Подозревал. Но не было доказательств. Теперь есть, — он выключил планшет. — Этого достаточно, чтобы уничтожить ее окончательно. Но я не стану этого делать.

Я удивленно посмотрела на него.

— Почему?

— Потому что она уже уничтожена. Ее карьера здесь окончена. Публичный скандал с передачей этих данных в правоохранительные органы… это уже лишнее. У нее не осталось ничего. Ни работы, ни репутации, ни будущего. Иногда молчание — более страшное наказание, чем тюрьма. Она будет жить в страхе, что в любой момент эти документы могут всплыть.

В его словах не было жестокости. Была справедливость. Судья, вынесший приговор. И я поняла, что он сделал это не только для компании. Он сделал это для меня. Чтобы я знала — месть свершилась. Правда восторжествовала. Чтобы ни одна тень от ее поступка не омрачала моего покоя.

В тот вечер мы не говорили о работе. Мы сидели у камина, и я чувствовала, как последние остатки напряжения покидают мое тело.

— Спасибо, —прошептала я.

— За что? — он провел рукой по моей спине.

— За все. За то, что ты есть.

Он не ответил. Просто крепче обнял меня.

И когда его губы коснулись моих в медленном, нежном поцелуе, я почувствовала, как что-то щелкает внутри, освобождая давно сдерживаемые потоки желания. Это была не просто потребность в близости. Это была жажда ощутить его, всю его мощь и нежность, доказать себе и ему, что мы живы, мы здесь, и ничто не властно над нами.

Я ответила на его поцелуй с такой же неторопливой страстью, запустив пальцы в его волосы. Его руки скользнули под одежду, и я вздрогнула от прикосновения его теплых ладоней к коже на талии. Он стал поднимать ткань, и я подняла руки, чтобы помочь ему, никогда не прерывая поцелуя.

Платье уплыло на пол. Он оторвался от моих губ, и его взгляд, тяжелый и полный обожания, скользнул по моему обнаженному телу. Я не испытывала ни капли стыда, лишь гордость и жгучее нетерпение.

— Ты невероятна, — прошептал он.

Его пальцы обрисовали контур моей груди, прежде чем он склонился и взял сосок в рот. Острый, сладкий ток удовольствия пронзил меня, заставив выгнуться и издать сдавленный стон. Он ласкал меня языком, то нежно, то с легкой, дразнящей агрессией, пока я не начала метаться под ним, мои пальцы впиваясь в простыни.