Книга Перепутали спальни. Отец подруги, страница 32 – Ксения Фави

Оглаживает лобок. Касается клитора.

— Ум-м-м, — не могу сдержаться.

— Ш-ш.

Его рука аккуратно накрывает мой рот.

Вторая ныряет между нижних губок. Я лишь поверхностно дышу — ведь никто не трогал меня так… Но в то же время не могу и не хочу его останавливать.

Он размазывает мой сок по клитору, и я рада, что рот зажат. Эмоции безумно острые — волнение, страх, возбуждение. Голова отъезжает, по-другому я не могу все это объяснить. Таханов толкается двумя пальцами в меня…

— Блядь.

Коротко ругнувшись, замирает. Что-то не так? Кажется, я сейчас вообще перестану дышать.

Но после нескольких секунд замешательства он прижимается ко мне крепче, вбирает губами мочку, посасывает. Ласкает рукой уже не так глубоко и быстрее. Трется низом живота о мою задницу.

— М-м! — мычу, покусывая его пальцы.

Нет, я не потеряла речь. Просто мне так хорошо, как никогда не было. Кажется, я оргазмирую морально и физически. Мне так чудесно с ним, Боже…

— Прелесть моя, — хрипит он в ухо и дергается.

Тоже кончил?.. О, Боги! Наваливается понимание того, что мы сделали. Можно сказать, мы занялись интимом на их кухне! А если Лиза просыпалась?!

От пережитой лавины ощущений и от эмоций у меня подкашиваются ноги. Хорошо,Борис крепко держит.

Хорошо?!

Я чувствую, как еще подрагивает его пресс. Лицом мужчина зарылся в мои волосы. Глубоко дышит. Одна его ладонь на моем животе, в другой покоится моя грудь.

Рот мне больше не закрывают, и я сдавленно хныкаю.

— М-мне над-до идти!

Сжимает мою грудь, как будто напоследок. Целует куда-то в затылок. И выпускает меня из рук… Молчит.

Но я и не жду никаких слов. В любви он мне не признается, а что еще говорить? Извини?

Или мне спросить, почему он ругнулся между ласками? Да я со стыда сгорю!

Дверь была не заперта, а просто закрыта. Так что я легко выхожу. Ну как легко… На ватных ногах, разумеется. Хорошо Лизкина комната самая крайняя по коридору. Не нужно вспоминать, где она находится.

Крадусь на цыпочках. Во всем теле огромное напряжение — Лиза не проснулась?.. Если она увидела, чем мы занимались с ее отцом! Это будет катастрофой.

В спальне подруги не горит свет. Сама она в той же самой позе, как я ее оставила. Спит на животе. Уф, можно выдохнуть хотя бы в этом плане.

Лиза эмоциональная, она бы не стала притворяться, что ничего не видела. Как минимум попросила бы объяснений. Значит, правда крепко спала и ничего не слышала.

Моя половинка кровати по-прежнему свободна, но я не могу лечь туда. Я слишком взбудораженная, слишком разгоряченная. Кажется, от меня идет пар, и Лиза проснется от него. И потом, мне неловко ложиться рядом с подругой, когда я только что дрожала от оргазма в руках ее отца.

Да, мы оба взрослые и свободные, но все же…

Одеяло Лиза дала мне отдельное. Беру его и стелю на пол. Поближе к окну, где открыта форточка.

Мои мысли мечутся, как испуганные птицы. А в теле наоборот приятная истома. Как только ложусь, она накатывает еще больше. Веки сами собой тяжелеют. А я думала, больше никогда в жизни не смогу сомкнуть глаз! Однако после такой сильной разрядки мой организм хочет спать.

* * *

— Злат, ты чего на полу?

Лиза завозилась на кровати, и я тоже открыла глаза.

— Мм… — с трудом потягиваюсь. — Да просто.

— Только не говори, что я лягалась во сне?

Тут же вспоминаю озеро, Тахановское — вы меня лягнули. Все же лексикон у папы и дочки похож.