Книга Роман с подонком, страница 40 – Янка Рам

— Макс — хороший мальчик?! Аха-ха... - закатываюсь я. — Аглая... нет у нас хороших, все — эгоистичные подонки!

— Ты — нет, — наивно смотрит мне в глаза.

— Только с тобой — нет, — киваю.

О чем я?..

— И когда всем стало ясно, что ничего не выйдет... - резко затыкаюсь.

Потому что дальнейшая цепочка наших родовых "дворцовых интриг" неизбежно приведет ко мне и Александре.

А я вот вообще не готов об этом сейчас с Аглаей разговаривать.

— И что было дальше?

— А... ну их всех. Иди сюда! — ловлю за затылок, тяну к себе и целую со стоном удовольствия в губы.

Не слишком большой грех, да, Светлана Александровна?

Потом какое-то время идём молча. В груди порхает и колотится.

Перевожу тему.

— Ты хочешь в Москву?

— Не знаю... Это такой большой город. Такой... тяжёлый, — изображает пальцами, словно сдавливает что-то. — Мне кажется, он может меня раздавить.

Очень даже может. Вернее ее он без вариантов раздавит. В Москве нельзя быть наивной. Нельзя быть отзывчивой. И тем более, ранимой.

— Ты никогда не останешься с ним один на один. Я буду рядом, — сжимаю ее руку. — Ты увидишь только самое крутое в Москве! А вся дичь и грязь тебя не коснётся. Я буду твоим ангелом-хранителем.

Сжимает мою руку в ответ.

— С драконьими крыльями?

— Я такой, какой есть, — пожимаю плечами. — Огнём дышать тоже умею.

Через некоторое время доходим до бон. Связанные между собой бревна и доски, как гибкий мост лежат прямо на воде.

Машина не проедет. Максимум, квадроцикл бандита Владимира.

Идём по это мосту. Он "ходит" и качается под ногами. Вода захлестывает.

— Н-да... Так себе у вас транспортные развязки.

Рассказываю ей про Москву. Про центр, кольцо, телебашню, парки... Что мы пойдём в Большой театр. И выкупим там ложу. Будем кататься по ночной Москве вдвоём... Будем тусоваться с моими друзьями.

Она улыбается, не сводя с меня глаз.

— Если захочешь, ты будешь жить у нас. Если нет, я сниму тебе квартиру в самом центре и...

Мы будем жить там вдвоём.

Срываюсь на эмоции, несколько раз опять целуя ее в губы.

Я очень хочу, чтобы Аглая поехала со мной!

Я понимаю... прекрасно понимаю, что нужно будет всем идти на какие-то компромиссы. Не представляюкакие. Но ещё меньше я представляю, как можно это все отрезать сейчас, то, что я чувствую.

Отпуская ее, пытаюсь принять и такой вариант событий. Хмуро смотрю под ноги, пытаясь в мыслях "вернуться" домой без неё.

Я не хочу. Не хочу!!

Чувствую протест и раздражение. И как-то это придётся тебе принять, мам!

Вот ты наделал дел, Аксёнов...

А не надо было меня сюда привозить! Как это возможно — удержаться, когда она так смотрит на меня?!

— Ян... - с беспокойством.

— М?

— Я что-то не то сказала? — волнуясь, заламывает пальцы.

Она так ранимо делает это всегда. Мне нравится ее этот жест.

— Нет.

Обнимая за плечи, прижимаюсь губами к скуле. Когда я безобидно ласкаю ее, она отзывается гораздо сильнее, чем когда "трогаю". Девчонка совсем...

И конечно не порадует меня в постели привычными вещами. Но мне плевать. Я с этой специей, что рождается рядом с ней в грудной клетке, могу хавать вообще всё с кайфом! А вот без неё мне и деликатесы на хер не упали.

Хотя... а какие деликатесы, Аксёнов?

Вспоминаю телочек за последний год... два... Деликатесы-то все здесь. Просто... дайте!

Вжимаюсь ей губами в шею, прислушиваясь к своим ощущениям. Закрывая глаза, улыбаюсь. Плыву в эйфории.