Книга Контракт с подонком, страница 157 – Янка Рам

Несчастный случай с инсультом совершенно неожиданно вдруг обнажил их очень близкую связь. Он, не вступая в переговоры и игнорируя ее слабые попытки призвать к приличиям, категорично забрал после больницы Софью Алексеевну к себе. Навсегда.

Это так... щекотно наблюдать за ними. И чуть менее больно, чем за Аксеновыми. Хотя тоже чувствуется там своя драма…

Но когда он нечаянно роняет “Соня” в сторону Императрицы, мое сердце тает и умиляется.

- Мелания Алексеевна? Вы меня слушаете? - приводит меня в себя голос Валентины в ухе.

- Да-да... Ещё раз, пожалуйста.

-... Они хотят видеть Данилевских на открытии своей галереи. И на аукционе. Они хотят, чтобы первая ваша официальная фотосессия в... "положении" была на их событии. Что мне ответить?

Валентина как и холодное оружие императрицы перешли нам "по наследству".

Набалдашник трости, в виде серебряной львицы с изумрудными глазами. Я его наконец-то рассмотрела...

- А они могут быть нам чем-то полезны?

- Они готовы нам быть чем-нибудь полезны.

- Мм... Художница из интерната для инвалидов. Ирина Мелидзе. Пусть на благотворительном аукционе выставят ее картину. Картину выберет Лаура. А в статью расходов собранных средств с аукциона пусть заложат три процента под наши опекаемые организации. Тогда можно нас заявлять в прессе как гостей. Я приду с роскошным животом и обязательно его подчеркну! - закатываю с усмешкой глаза.

Она, конечно, ничего не получит с продажи. Но вдруг кто-то заметит и оценит. И тогда остальные картины она сможет продать за хорошие деньги. Да и вообще в перспективе сделать себе имя.

- Хорошо, Мелания Алексеевна, передам. Но вы понимаете, что журналисты будут пытаться задавать вопросы об... инциденте и родственниках.

Забираю с подноса официанта бокал с апельсиновым соком.

- Мне все равно, Валентина. Я отвечаю только на те вопросы, на которыехочу.

Как учит Софья Алексеевна.

- Ещё будут распоряжения?

- Пока нет. Спасибо.

- И... Пришли счета. От Лидии и ее родителей. Оплатить? Или переслать Максиму Марковичу?

- Нет. Ничего не пересылать. И не оплачивать.

- Даже коммунальные платежи?

- Даже. Мы готовы оплачивать только счета из рехаба для зависимых. Всё. Это наша позиция.

- Они начнут названивать Софье Алексеевне.

- Андрей Григорьевич забрал у нее телефон. Так что ничего не получится. Самодур теперь - Мелания Вторая. И такова моя воля. Все претензии через секретаря и адвокатов!

Лидии не прощу ни Максима, ни Императрицу.

На большой веранде накрывают стол.

Беспокоясь за Софью Алексеевну, иду к ней. Ей нельзя нервничать. А возле нее - Юлия Викторовна. Напросилась всё-таки на встречу. Они тоже, как и Лидия, уехали из России. Но не рассчитали силы. И поэтому она здесь.

Юлия пишет Софье Алексеевне огромные распашонки покаянных писем. Вернее, мне хотелось бы верить, что покаянных. Софья Алексеевна не читает.

И вот... приехала сама.

Подхожу, тактично останавливаясь на небольшой дистанции.

- ...Мама... Мы в очень сложной ситуации, очень! Ты же знаешь что такое европейские клиники. Они мгновенно сожрали все средства! Мы, Данилевские, остались нищими! Это такой позор...

- Вы - Курпатовы.

Максим серьёзно повредил Анатолию Павловичу челюстной сустав и позвонки на шее. И он теперь бесконечно лечится.

Наши адвокаты, под давлением Софьи Алексеевны договорились не подавать взаимные иски, замяв эту всю историю. Но если Софья Алексеевна замяла ее для публики, пытаясь в очередной раз спасти репутацию Данилевских, то это совсем не значит, что простила и отпустила. Вовсе нет!