Книга Замена, страница 9 – Елена Син

После завтрака надеваю наушники, включаю попсовый плейлист и принимаюсь за уборку. Да, дом большой, но в принципе фронт работ не такой пугающий. Видно, что Катя до последнего поддерживала порядок. Я прохожусь везде пылевой и половой тряпкой, закидываю вещи в стирку и вытаскиваю сухое белье из сушки.

Когда принимаюсь чистить зеркала, просыпается Катя. А когда я дохожу до окон, спускается Алекс. Или Леша. Алексей? Как мне называть его, если он больше не хочет называться моим другом?

Будет Алексом. Не собираюсь ничего менять просто по его прихоти. Я не из-за него сюда приехала.

И все же с каждой секундой мне становится все более неловко. Я вижу, что солнце стоит уже высоко, даже Катя уже упорхала на тренировку, а вот ее муж до сих пор сидит дома. Да не просто сидит, а следует за мной, как тень. То ему одно нужно взять, то другое переложить, то он что-то ищет.

Поганец. Думает, я не знаю, что он специально? Либо он за эти годы окончательно превратился в придурка, либо помнит, что было ночью.

Но знать правду я не желаю, поэтому молча терплю его присутствие. Я надеюсь закончить уборкой на террасе, но игнор резко кончается, когда Алекс «случайно» касается моей задницы.

— Какого черта сейчас было? — выпучила на него глаза.

Сразу понимаю, что он специально, так как он слишком быстро отводит взгляд. Потом принимает такой вид, будто отучился в плохеньком театральном и стал таким же плохеньким актером.

— О чем ты? Я просто тоже вышел на улицу. Нельзя?

— Держи руки при себе. Блин, я даже не думала, что мне придется когда-нибудь говорить такое собственному зятю. Ты в своем уме вообще?

— Не понимаю, о чем ты, — фыркает он и плюхается на стул перед изящным столиком, который я как раз собралась мыть.

— Уйди, пожалуйста. Ты мне тут будешь мешать.

— Раньше не мешал.

Собрав остатки терпения, медленно ставлю ведро с водой и бросаю тряпку, чтобы случайно не зарядить ею ему по башке.

— Ты на работу не собираешься, мистер бизнесмен?

— Тебя не устраивает то, что я предприниматель?

— Мне как-топлевать, чем ты занимаешься.

— Тогда откуда такой тон? Я горбачусь с окончания школы, чтобы обеспечивать твою сестру и племянника, а ты чем-то недовольна?

Невольно ощущаю укол стыда. И правда, чего я на него взъелась? Нет, есть за что конечно, но лучше уж игнорить, чем нагнетать и без того сложную ситуацию.

— Да нет, ты прав, извини. Знаешь, ты сиди спокойно, я потом тут приберусь.

— Почему это? — вопрошает, когда я беру ведро и собираюсь уходить. — Я могу и подвинуться.

— А подождать десять минут в доме не можешь?

— Нет.

— Ну так я подожду, пока ты не захочешь войти.

Я разворачиваюсь, но руку опять стискивают в знакомом захвате. Только уже не таком крепком.

Алекс стоит рядом, буквально нависает надо мной, и между нами вновь ложится давящая тишина. Та самая атмосфера, которой я опасаюсь с прошлой ночи.

— Отпусти. Пожалуйста.

— Мой сейчас.

— Я не прислуга, — отзываюсь резко. — Могу вообще не мыть.

— Если тебя так раздражает мое присутствие, то можешь переехать в отель, а сюда приезжать на несколько часов.

— Значит, ты помнишь…

— Как мы поцеловались? Конечно.

Я задыхаюсь от возмущения.

— Мы не целовались, это ты меня поцеловал! Скажи спасибо, что я Кате не рассказала!

— Можешь рассказать, мне плевать. Как будет и ей. Она даже порадуется, что я перестану приставать к ней, пока она носит ребенка.