Книга Всего лишь бывшие, страница 122 – Ольга Рузанова

— ГрандИнвест в Москве... контракт примерно на год...

Ледяная струйка страха скатывается вдоль моего позвоночника и бросает меня в дрожь. Я каменею.

— Они пару лет уже не вывозят, — добавляет мой бывший муж, — катятся по инерции, теряя инвесторов.

— Агарков уже свалил, — подтверждает Попов, — Следующая очередь строительства отложилась как минимум на полгода...

— Жопа, — тихо усмехается Давид, а я забираю у него свою руку.

— Костров просит самых лучших... - доносится до меня, когда я отворачиваюсь, чтобы не выдать своих эмоций.

Он все-таки уезжает!.. Через месяц уезжает в Москву!..

Новые проекты! Новые контракты!.. Карьера, мать ее!!!..

Шаг, еще один... перед глазами мутная пелена. Пол рыхлый и неустойчивый — меня качает из стороны в сторону. Я снова не в приоритете.

— Ксения!.. — слышу низкий голос Давида, но не нахожу в себе сил, чтобы обернуться.

— Ксюша! — ловит мою руку уже в переходе между залами, — Ты куда?

— Дамой... в отель...

Он молча ведет меня через зал в холл к гардеробу и подает мое пальто. Мы так же молча одеваемся и, ни с кем не прощаясь, выходим на улицу.

— Объяснишь, что случилось? — спрашивает, щелкая сигнализацией и открывая для меня дверь.

Меня колотит, а из горла вырывается истеричный смешок.

— Что ты подаришь мне на этот раз, Давид?! Машину?

Ксения

Давид терпеливо ждет, когда я усядусь и самостоятельно захлопну дверь, а потом спокойно обходит машину перед капотом и садится рядом.

— В номере поговорим.

Я дышу короткими резкими рывками и морщусь от пронизывающей виски стреляющей боли. Во мне кипят обида и страх и, да, я понимаю, что чисто интуитивно он поступает верно. Мне нужно справиться с эмоциями и подготовиться к разговору, пока мы едем до отеля. Но как сделать это, если меня разрывает на куски прямо сейчас?! Если в моей голове уже включился таймер обратного отсчета?! Если мое подсознание уже видит меня снова брошенной?!

— Воды? — спрашивает Росс, косясь на меня.

— Да... - выдавливаю глухо и сама достаю бутылку из бардачка.

Кое-как трясущейся рукой отвинчиваю крышку и присасываюсь к горлышку, словно внутри меня потрескавшаяся сушь.

— Говори, — вдруг произносит Давид.

Машина медленно катится по парковке, тормозит перед постом охраны и проезжает под поднимающимся шлагбаумом.

Мое лицо пылает, и я продолжаю глотать воду.

— Ты же сам сказал, в отеле...

— Ты сейчас взорвешься, Ксюша. Я хочу знать, почему.

Отвернувшись, смотрю на проплывающий мимо серый зимний пейзаж. Я сорвалась, и мне ужасно стыдно. Кожа продолжает гореть и под одеждой покрывается испариной. Болит голова.

— Наверное, нам стоит вернуться?.. — спрашиваю тихо.

— Нет необходимости. Это из-за Виктории?

Опустив взгляд к лежащим на коленях сцепленным рукам, я мотаю головой.

— Она успела что-то сказать тебе?

— Нет, Давид.

Светофор на перекрестке загорается зеленым, мы сворачиваем вправо и через пару мгновений оказываемся у отеля.

— Идем.

В лифте душно. Взгляд Росса разъедает мое лицо как кислота. Так некрасиво все вышло...

— Рассказывай, — наседает он, едва за нами закрывается дверь номера.

Я скидываю обувь и бросаю пальто прямо на пол.

— Ксения! Блядь, да что случилось?!

— Ты уезжаешь! — восклицаю осипшим от нервов голосом.

— Я?.. — удивляется он, — Куда?..

Плотину, которую я сдерживала не с момента, когда это услышала, а гораздо, гораздо дольше, наконец, прорывает. Первый всхлип выходит с резью в горле, из глаз брызжут слезы, которые я не успеваю размазывать по щекам.