Книга Всего лишь бывшие, страница 125 – Ольга Рузанова

— Твоя мать видела это?

— Не сразу... потом, позже, когда у меня закончился заряд.

— А Шалимов?.. Где он был тогда?

— Савелий?.. — повисает напряженная пауза, покрывающая открытые участки моей кожи снежным настом.

— Он поддерживал тебя?

— Поддерживал, — отвечает эхом, — Он очень много сделал для меня...

Не уверен, что хочу знать, что именно, но под ложечкой противно сосет. Парень давно и по уши влюблен в Ксению, и мне не верится, что он не воспользовался бы ее тогдашним состоянием. Любой на его месте воспользовался бы.

— Он мой друг. Это он заставил поверить меня в то, что жизнь не кончена.

Соскользнув с меня, Ксюша кладет голову на подушку и закрывает глаза. Жест, ледянящий мою кровь.

— Мне стыдно, что сейчас... наши отношения дали трещину...

— Он все еще влюблен.

— Нет, — вздыхает дробно, — Не должен... мы же говорили об этом.

— Он надеялся на твою взаимность, Ксень.

— Я чувствую себя виноватой перед ним. Как будто я предала то, во что мы с ним оба верили.

— Вы не были на одной волне, — пытаюсь донести, что не дружеские чувства держали Шалимова рядом все пять лет, — Ему нужно было от тебя конкретное...

Ксения натягивает одеяло до подбородка и смотрит в стену справа от себя.

— Мы можем не говорить об этом?

Сука!.. Да ну, на хуй!

— Вы спали?

— Давид!..

— У вас был секс?..

Был, блядь!.. Вся правда в покрасневшем лице Ксюши и ее тщательно отводимом взгляде.

— И ты называешь его другом?! — вскипаю мгновенно и подрываюсь с места, потому что разгорающийся внутри пожар уже начал жрать потроха.

— Один раз.

— На хрена, Ксень?!

— Я должна оправдываться перед тобой?! — вскидывается тоже, — Серьезно?!

Не должна и не обязана. Только попробуй объясни это рычащему моему сознанию.

Влетев в шорты, я нахожу в кармане портфеля сигареты и выхожу на балкон. Колотит сильно, но холода не чувствую. Первая затяжка как глоток песка — царапает горло и оседает в груди тяжестью. Тяну вторую, следом третью — не отпускает.

Доводы разума, мои извечные козыри, тоже не помогают. Зато писклявый ехидный голосок в голове настойчиво шепчет: «Ты сам ее под негоподложил. Ты сам дал добро».

Сигарета в моих пальцах ломается. Я сразу выбиваю из пачки другую. Закуриваю, гоняя дым через легкие и травлюсь до тошноты.

— Давид... - вдруг раздается позади, — Зайди внутрь.

Зайти?.. Я даже обернуться и посмотреть на нее не могу. Боюсь испугать ее своей рожей.

— Давид... - зовет снова, а в следующую секунду Ксения прижимается к моей спине и обвивает руками.

— Замерзнешь, иди... - подаю голос, — Я сейчас...

— У нас было всего один раз. Мы решили попробовать, понимаешь?..

— Он решил?

— Мне тогда все равно было, а Савва...

— Блядь, молчи, Ксюш!..

— Утром было ужасно, — перебивает меня, — Я не могла его видеть... Потом мы поговорили и решили сделать вид, что ничего не было.

Пять лет назад. Уже пять лет прошло!.. Какого хрена меня так ломает?!

— И за эти годы он ни разу не намекнул?.. Не сделал больше ни одной попытки?

— Давид... за эти годы между нами больше ничего не было. Мы сумели сохранить дружбу.

— Дружбу?.. — ржу хрипло, — Ты же сама в это не веришь!

— Верю!

— В вашем тандеме дружишь только ты, Ксюша! Он тупо ждет момента!..

Не спорит. Замолчав, прижимается лицом к спине между лопаток. Я гашу окурок и упираюсь обеими руками в перила.

Живи теперь с этим, Росс.