Книга Всего лишь бывшие, страница 134 – Ольга Рузанова

Это продукт моего труда за последние полгода.

— Тогда объявляю собрание оконченным, — проговариваю, улыбаясь, — Всем удачи.

Следующий я трачу на общение с коллегами и новые знакомства. От головокружительной скорости погружения в работу немного качает. А потом начинается скрежет за грудиной, который появляется всякий раз, когда я расстаюсь с дочкой на достаточно продолжительное время. Мне становится сложно дышать и сконцентрироваться на чем-то другом.

— Всего доброго, — прощаюсь в холле у лифта с последними из приглашенных коллег и, зажав телефон в ладони, быстро возвращаюсь в свой кабинет.

Плотно прикрываю дверь и сразу набираю маму.

— Мам?.. Ну, что, как у вас дела? Как Машенька?

— Все хорошо!.. — восклицает мама наигранно — оптимистичным тоном.

Я, сразу, почувствовав подвох, напрягаюсь. Волосы на затылке начинают шевелиться.

— Мама?..

— Вот... играем с Машенькой!.. — продолжает она громко тем же тоном, а потом, судя по звукам, куда-то выходит и произносит гораздо тише, — Эта явилась...

— Кто?

— Твоя свекровь.

В моем саднящем от непривычно долгого выступления перед публикой горле застревает нервный смешок.

Нет, ты посмотри на нее!..

Светлана Николаевна звонила вчера, чтобы узнать, с кем останется наша дочка, когда я уйду на работу. Я доходчиво ей объяснила, что за ней присмотрит моя мама, которой я полностью доверяю.

Но видимо не доверяет она, раз решила приехать и проверить,как мама справляется.

— Давно она приехала?

— Пару часов уже сидит!.. Вы скоро приедете?

Я бросаю взгляд на часы и прикидываю, что через час мы с Давидом должны уже быть дома.

— Скоро мам, — усмехаюсь тихо, — Держись там.

— Не задерживайтесь.

Светлана Николаевна кардинально изменилась с рождением Маши. До такой степени, что порой я не узнавала ее. Как шелуха слетели высокомерие, надменность и снисходительность, и она превратилась в обыкновенную, помешанную на своей внучке, бабушку.

Мы с ней не раз и не два еще обсуждали ее ко мне отношение и всю ту ситуацию с разводом семь лет назад, и смогли со временем если не подружиться, то хотя бы найти общий язык. Лезть к неу под кожу я больше не хотела, и вся инициатива по нашему сближению перешла в ее руки.

— Как все прошло? — спрашивает муж, когда я захожу к нему в кабинет с плащом и сумкой в руках, — Понервничала?

Я не собиралась в этом признаваться, но он знает меня лучше себя самого.

— Пф-ф-ф... немного.

Короткое объятие, его губы на моем виске, а потом сухой поцелуй действуют на меня как волшебная пилюля и снимают стресс.

— Поехали домой, там...

— Моя мать, я знаю, — говорит он, насмешливо дернув бровью.

— Она звонила тебе? Зачем?..

— Я сам звонил. Твоей маме...

— Эй! — толкаю его в плечо, — Ты ей не доверяешь?! Думаешь она не справится с маленьким ребенком?.. Она нас со Златой вырастила!

— Доверяю, — смеется Давид, — Я за Мэри переживал... Как она там без тебя.

— В порядке она!.. Ей с моей мамой хорошо!

— Да, понял уже, — подталкивает к двери, — Поехали, пока они там не подрались.

Прошло уже больше двух лет как мы вместе, и чуть больше года, как мы снова женаты, а я все еще боюсь проснуться и понять, что это всего лишь сон. Затяжной, реалистичный и напрочь отбивающий все сомнения, но все же сон.

И от этого каждое прожитое мгновение, каждое прикосновение и тихо сказанное на ухо слово, каждая улыбка нашей дочки — для меня ценнее всего, что может быть в мире.