Книга Скиф, страница 38 – Оксана Сергеева

– А будильник зачем? – хохоча, спросил Кир.

– Ох, ваше благородие… – картинно вздохнул Скиф, чувствуя, как кровь в венах забурлила от воспоминаний. – Будильник – это тема, это прям огонь. Плетка – хуйня. Вот будильник – это настоящее и садо, и мазо…

– Нет, вы мне объясните, зачем будильник? – не понимала Ева.

– Я потом тебе расскажу, – рассмеялась Лизавета.

Глава 11

Сегодня в «Бастионе» шла большая игра с высокими ставками, и кому-то нужно было обязательно присутствовать на случай непредвиденных проблем. Виноградов отпустил Чистюлю и Молоха пораньше, а сам остался до утра.

Дело шло к закрытию. Почти все столики в казино опустели, лишь несколько завсегдатаев сидели за рулеткой, допивая виски. Скиф уже давно мыслями был за пределами казино – в Лизкиной постели. Представлял, как будет сладко целовать свою девочку и долго заниматься с ней любовью. Потому что несколько дней они не виделись, и он очень соскучился.

Привыкал. К ней. К себе. К этому своему состоянию вечной любовной тоски и душевного смятения.

Рушилась потихоньку его стена. Разбиралась по кирпичику. Каждый шаг давался с трудом, как после тяжелой болезни. Слишком долго вел безбашенную, бесполезную жизнь, чтобы враз перемениться. Но он шел. Уже шел, а не стоял на месте, не жил как муха, впаянная в смолу, оглохший, ослепший.

Еще не знал, не мог сказать, что у них с Лизой будет завтра, но то, что происходило между ними сегодня, ему нравилось.

Глянув на часы, Скиф поднялся в кабинет и распахнул шкаф, чтобы вытащить из него пальто.

Вздрогнул сотовый в кармане брюк. Макс ответил на звонок администратора клуба, выслушал сообщение и, досадливо поморщившись, захлопнул дверцу шкафа.

Ебаные глаза. Не видать ему сегодня ни сна, ни Лизки.

– Охрану на двери и никого не пускать, я сейчас подойду, – распорядился он.

Выйдя из кабинета, Виноградов спустился в холл и прошел в правое крыло «Бастиона», где находился ночной клуб. У дверей женского туалета собралась толпа. Три охранника, два администратора и уборщица.

– Где? – угрюмо спросил Макс.

Охранник распахнул дверь и, устремившись внутрь, обогнал Скифа на пару шагов, так же быстро и услужливо открыл дверь последней кабинки.

– Еба-а-а-ные глаза, – вполголоса протянул Макс. – Укушалась девочка.

Так и есть. Труп. На полу, привалившись к стенке, в пене и блевотине полулежала обдолбанная насмерть девка.

– В полицию звонить, Максим Викторович?

– Пока нет. Так, ты и ты со мной, – ткнул пальцем в администратора клуба и охранника, который открывал перед ним дверь, – остальные разбежались!

Услышав про полицию, и без того шокированная увиденным уборщица еще большепобледнела.

Заламывая руки в синих резиновых перчатках, она несмело обратилась к Виноградову:

– Максим Викторович, а мне за это что-то будет?

– За что? – нахмурившись, спросил он.

– Я же здесь всё убрала, – обвела рукой дамскую комнату. – Уже вымыла начисто… Всё-всё, кроме этой кабинки. Она закрыта была, я и начала убираться... Думаю, выйдет кто… Никто так и не вышел. Я постучала пару раз, потом подумала, что замок заклинило, и ребятам позвонила. Они открыли, а тут… – голос ее стихал и стихал, последнюю фразу она произнесла почти шепотом: –Так будет мне что-нибудь?

– Будет, Ирина Васильевна. Будет. Премия. Лично от Ильи Александровича. Перчаточки дайте.