Книга Дача для Забавы, страница 110 – Дирижабль с. чудесами

— Я из корысти! — рассмеялась Тася, подмигивая. — Ты за моими лошадками ухаживаешь. Глядишь, научу тебя ездить верхом, станешь тренировки проводить. А ещё я сериалы перестала смотреть. У тебя всё время что-то происходит — интереснее любого кино!

— Ага, — рассмеялась Забава, — среди ночи, вот, разбудила!

— И правильно сделала! Во-первых, с ненормальными не связываются. Ну вышла бы ты с ней сама разбираться — пришлось бы потом всё равно спасать, отдирать вас друг от друга. А так обошлись бескровно. Во-вторых, вдруг бы она поджечь дом попыталась. Страшное дело! До нас всего две крыши. Ничего бы сделать даже не успели! И вообще, — отмахнулась Тася. — Ты со мной Поганку от конокрадов в одной простыне выскакивала отбивать. Это чего-то да стоит!

Она отхлебнула своего чаю с облепихой и мятой, задумалась на минуту, и лицо её стало серьёзным.

— Может, ты и права. Кто ей ещё поможет, если не ты? Я-то у себя порядок не успеваю навести с этими конями.

— Кстати, о конокрадах, — сказала Забава, возвращаясь к насущному. — Что делать с Анфисой будем? Что-то мне подсказывает, что она не отстанет.

— В полицию не заявить, — вздохнула Тася. — Доказательств никаких. Да и делать им больше нечего что ли? За ненормальной тёткой гоняться никто не станет. Нужно Наталью попросить карты кинуть. Может, она что подскажет.

Утром Забава проснулась с непривычным чувством тревоги, сверлившим под рёбрами. Она лежала, вслушиваясь в тишину. Понадобилось некоторое время, чтобы понять причину: ночь прошла подозрительно спокойно. Никто не кричал, не ломился в дверь, не подглядывал, не устраивал скандалов.

И вдруг, как это часто бывает, все детали сошлись в единую картину. Не размышляя на эту тему специально, она внезапно осознала с предельной чёткостью: почти все неприятности, что случались с ней с момента переезда в СНТ, так или иначе были связаны с Анфисой.

Перед глазами вереницей пронеслись воспоминания: вот муж скандалистки крадётся под забором в потёмках; вот они вдвоём пытаются увести Поганку; вот их собака срывается с поводка; вот Наталья находит на её участке подклад, оставленный ревнивой Анфисой.

«И зачем, спрашивается, сдался мне ее муж, которого я до этого в глаза не видела? Нужно что-то делать… — подумала она и нахмурилась. — Против её бредовых идей из разумных мер всё малоэффективно. Хотя камеры — это, конечно, хорошо. А если дом подожжёт? Аппаратура сгорит вместе с ним. А даже и не сгорит, и даже если в суд подать, то как жить-то погорельцам до триумфа справедливости? Если ещё долгие муторные процессы приведут к тому, что виновники будут наказаны, а средства возмещены… Мда-а-а… Ну ведь должен же быть способ приструнить её. К остальным же жителям она так активно не лезет, — продолжала развивать мысль Забава, рассматривая потолок, который не помешало бы побелить. — Понятно, конечно: я и Тася — новички в этом СНТ, ещё и относительно молодые, вот на нас и сфокусировалось всё внимание местной сумасшедшей. Но что же теперь? Ждать, пока кто-то ещё поселится и перетянет на себя Анфисин гнев? Так можно годами страдать».

Но думать — хорошо, а дела делать всё же тоже нужно. Забава поднялась, потянулась, и поплелась завтракать.

Она уже допивала свой утренний кофе, когда за окном послышались оживлённые мужские голоса. Андрей, Миша, Вася — все трое перешучивались и смеялись будто мальчишки.