Книга Клянусь, ты моя, страница 16 – Юлианна Орлова

Прежняя подруга осталась в городе аж в четырех часах езды отсюда. Видеться мы, конечно,не сможем часто, в мессенджерах успеваем общаться и то хорошо. На большее можно не рассчитывать.

Боюсь, что и это общение очень скоро сойдет на нет.

Ксюша ещё несколько раз спрашивает, все ли со мной в порядке, на что я сдержанно киваю. Все ещё, правда, ощущаю бешеное сердцебиение.

— Тогда давай перекладывай учебники, а эту замарашку в мусорку, окей?

Скрепя сердце я соглашаюсь, сама точно не понимая, почему. Разумеется, это все куплено на деньги мажора, и плевать, что выбирала Ксюша.

Может просто мне очень нравится сумка? Да. Но есть и ещё кое-что… почему-то меня несказанно будоражит факт, что эту сумку попросил выбрать Белов. Наверное, некрасиво Добрый порыв спустить в унитаз? У меня рука не поднимается, особенно, когда я узнала все подробности этого подарка.

Ксюша выходит первая, я за ней, но как только переступаю порог, чувствую на себя сковывающий тело взгляд. Он настолько внимательный, что я ощущаю его движение от макушки и до икр.

Никогда подобного не проживала, а сейчас словно огнем обдает, открытое пламя сжигает кожу и палит волосы.

Краснючая шагаю в сторону спортзала, где у меня сейчас занятие. Вернее, занятие у других, а у меня план отметиться и идти в библиотеку.

Но у входа в зал стоит Малиновская и свита, а я думаю, что лучше сейчас пойти попить чаю в столовке… но поздно.

Они меня заметили.

Взгляд кобры перед нападением уже жалит лицо, отчего оно горит, словно под множественными ударами тока.

— Ну надо же, наша всезнайка-тихоня, оказывается, быстро нашла себе удачный вариант, чтобы из золушки в королеву превратиться. Ух… что же ты ему предложила? Он только на девочек залипает, прямо девочек-девочек, а после первого раза весь интерес утрачивается, так что ты имей в виду… — Малиновская подходит ближе, а я стою на месте. Коль сражение начинается, глупо сбегать, как слабой.

Молча пытаюсь обойти. Но свита оказывается быстрее, они мне путь преграждают.

— Дай пройти, — шепчу коротко и четко, не всматриваясь в разодетых девиц.

— Ой, а что это у тебя? Настала подарок? — Малиновская хватает мою новую сумку и разворачивает к себе лицом.

— Не суди всех по себе, ладно? — бросаю ей в лицо колкий взгляд, выхватывая сумку.

Несложно догадаться и сложить два и два, кто именно спонсор этой красоты, но конкретно Малиновскуюэтот вопрос волновать не должен!

Она улыбается недобро, рассматривая меня с ног до головы, а я в это время делаю резкий шаг в сторону, пытаясь избавиться от общества элиты нашей группы.

— Белова тебе не видать как собственных ушей, он все равно мой. А ты — это временное наслаждение, что-то типа надувной куклы, может твой взгляд забитой овцы его прельстил, конечно, но только на один раз. А пока я превращу твою жизнь в ад. Попробуешь пожаловаться — тебе хана.

Бросает мне в спину и толкает с кулака, отчего я практически падаю, но в последний момент успеваю схватиться за ручку двери. Хохот стоит оглушающий, внутри все леденеет, но плакать я не буду.

Поднимаюсь гордо и иду вперёд, оставляя за собой кубло змей.

Вот только угрозы не кажутся мне простыми шутками.

* * *

В раздевалку не захожу, вместо этого сразу топаю в зал. Мне-то что? Всего лишь отметиться, чтобы поскорее отсюда смыться. И поменьше мелькать перед группой. Нет, парни у нас вроде как нормальные, по крайней мере, именно они не участвовали во всеобщей травле. А девочки… имеем то, что имеем.