Книга Девочка для Шторма, страница 44 – Ольга Медная

Он направился к выходу, но у самой двери остановился.

— И еще одно. Если ты хотя бы подумаешь о том, чтобы причинить вред этой беременности… Если ты решишь, что можешь распоряжаться моей кровью по своему усмотрению — я уничтожу всё, что тебе дорого. Твою мать перевезут в обычный хоспис в тот же час. Майя окажется на улице, где её ждут гиены в виде коллекторов. Ты меня поняла?

Лиза бессильно опустилась на кровать. Слезы застилали глаза, превращая фигуру Шторма в размытое темное пятно.

— Поняла, — прошептала она.

— Отлично, — бросил он, не оборачиваясь. — Ужин принесут в комнату. Завтра приедет охрана для твоего личного этажа. Привыкай, Лиза. Я не прощаю предательства. Даже если это предательство совершено женщиной, которая спасла ему жизнь.

Дверь захлопнулась, и она услышала, как дважды повернулся ключ в замке. Она осталась одна — со своей тайной, ставшей её проклятием, и с ребенком, который еще не успел родиться, но уже стал центром жестокой войны между любовью и контролем.

Лиза обхватила себя руками, раскачиваясь из стороны в сторону. Она знала Шторма. Она знала, что за этим гневом скрывается его собственный страх потерять власть. Но сейчас, в этой запертой комнате, она впервые осознала: она не просто юрист, попавший в переплет. Она — женщина, несущая в себе наследника бури. И чтобы защитить его, ей придется стать сильнее самого Шторма.

Золото на лепнине потолка больше не сияло — оно давило. Лиза лежала на огромной кровати, глядя, как пылинки танцуют в узком луче света, пробившемся сквозь плотные шторы. Прошло три дня с того момента, как замок на её двери провернулся, отсекая её от мира, и каждый из этих дней тянулся как вечность в липком сиропе.

Шторм сдержал слово. Особняк перестал быть домом, превратившись в высокотехнологичный склеп.

Теперь её жизнь измерялась не часами, а протоколами.

8:00 — стук в дверь. Горничная в сопровождении охранника вносит поднос. Еда пресная, высчитанная по калориям и микроэлементам, словно Лиза была не женщиной, а элитной скаковой лошадью перед забегом.

9:00 — визит врача. Нового, присланного Штормом. Холодный мужчина с сухими руками, который не смотрел ей в глаза, только в экран портативного аппарата УЗИ.

12:00 — короткая прогулка по террасе второго этажа. Выход в сад запрещен. Терраса обнесена новой, почти невидимой, но прочной сеткой. По углам — камеры, чьи красные зрачки следили за каждым её движением.

Шторм не приходил. Он наказывал её своим отсутствием, заставляя задыхаться в вакууме его воли.

Лиза встала и подошла к зеркалу. Под глазами залегли тени, кожа казалась прозрачной. Она приложила ладонь к животу — там всё еще было тихо, но эта тишина теперь была единственным, что принадлежало ей по-настоящему.

— Ты не сломаешь меня, Шторм, — прошептала она своему отражению. — Юристов учат искать лазейки даже в самых безнадежных контрактах. А этот дом — просто очень дорогой контракт.

Дверь открылась. Она не обернулась, узнав его шаги — тяжелые, уверенные, чеканящие ритм её страха. Шторм остановился в дверях, не снимая пальто. От него веяло холодом улицы и чем-то металлическим.

— Ешь, — коротко бросил он, кивнув на нетронутый завтрак.

— Я не голодна.

— Мой ребенок должен получать питание. Если ты не будешь есть сама, врачи введут зонд. Выбирай.