Онлайн книга «Наследник жестокого бывшего»
|
Подхватив его на руки, прижимаю к себе, а он прячет лицо в изгибе моей шеи, крепко обхватив руками за шею. – Ты должна быть благодарна, – продолжает мама Юдина, задрав подбородок. – Такой занятой человек, как Михаил Святославович, занялся вопросом смены имени. Более того, поделился своим древним именем с твоим сыном. Безродным бастардом! – Почему же безродным? Тон Юдиной заставляет меня встать в стойку и сражаться за сына. Раз уж она позволяет себе так разговаривать со мной, то почему я не могу ответить взаимностью? Я вообще никогда не понимала этих богачей. Вот что дает им право так разговаривать с обычными людьми? Наличие денег? Титулов каких-то? Древних фамилий? Да у меня, может, фамилия намного древнее Юдиных! И вообще. Отобрать у этих заносчивых снобов их капиталы, и что останется? Да они даже вермишель быстрого приготовления себе не смогут заварить! Думая об этом, я очень хочу почувствовать свое превосходство над этой женщиной. Но после того, как она несколько раз во времяодного разговора окунула меня лицом в грязь, это сделать тяжело. Все, что я чувствую, – это желание плакать и отдохнуть. Потому что эта отвратительная женщина выжала из меня все соки. – Потому что рожден вне брака. А сейчас, когда Михаил Святославович поменял имя в свидетельстве о рождении, неблагодарная мать этого ребенка продолжает называть моего внука мещанским именем. – Что ты сделал со свидетельством? – слышу за спиной угрожающе тихий голос Юдина. Оборачиваюсь. На входе в гостиную стоит Святослав Михайлович со своим отцом. И почему-то, когда вижу Юдина, моя броня осыпается пеплом на дубовый паркет. Я чувствую, как на меня накатывает усталость, а из глубин организма поднимается истерика. Прижав Макса к себе еще крепче, убегаю из гостиной наверх. Слышу, как за спиной меня зовет Святослав Михайлович, но вернуться я сейчас не смогу даже под дулом пистолета. Глава 37 Святослав Проводив Антонину взглядом, поворачиваюсь и хмуро смотрю на отца. – Я не совсем понимаю. Так что ты сделал со свидетельством моего сына? – Изменил имя, – твердо отвечает папа, глядя мне прямо в глаза. – Миша, Свят, – произносит мама, но ни один из нас на нее не смотрит. – Я разве просил? – спрашиваю отца, закипая. – Меня и не нужно просить, – отвечает он. – У нас в семье есть традиция. – Я разве соглашался ее поддержать? – слегка повышаю голос. – Святослав, – строго говорит мама. Повернув голову, смотрю на нее. – Я разве соглашался? – переспрашиваю. – Или, может, я просил вас встревать в это дело? Или просил воспитывать мать моего ребенка? Оскорблять ее и унижать? – Свят! – выдыхает мама, широко распахнув глаза. Тонкая кисть взлетает и оседает на груди. – Что ты такое… Видимо, мать ребенка растрогалась из-за нашей заботы о ее… вашем сыне. – Правда? – спрашиваю, изогнув бровь. – И сейчас вы ждете, что я начну рассыпаться в благодарностях за то, что вы влезли туда, куда вас не просили лезть? – Полегче! – с угрозой произносит отец, привлекая к себе мое внимание. – Я не потерплю такого тона. – И я, папа, – отвечаю сухо. – Не потерплю, чтобы кто-то лез в мою жизнь. Никаким из способов! – Святослав, папа такой занятой человек! Он выкроил в своем плотном графике время, чтобы изменить имя твоему сыну! А ты… относись к этому с уважением! |