Книга Наследник жестокого бывшего, страница 69 – Вивиан Фокс

А потом в какой-то момент ощущаю, как по позвоночнику прокатывается волна жара. Я в нескольких секундах от оргазма, но я хочу не так. Хотя кончить в рот Тоне тоже соблазнительная перспектива. Но не этого я хочу больше, а еще раз увидеть как она сама взлетит на вершину.

Схватив ее за волосы, заставляю выпустить мой член изо рта и, подняв, бросаю на кровать. Сам встаю на нее коленями и, раздвинув ноги Тони, пристраиваюсь у входа.

– О, боже, – успевает прошептать она, и я врываюсь.

В этот раз беру еще жестче. Резкими рывками. Буквально вколачиваю Тоню в кровать под ее несдержанные крики. Накрываю ее рот ладонью и смотрю в широко распахнутые глаза, в которых искрятся слезы удовольствия. А потом Тоня зажмуривается. Все ее тело натягивается, как струна, и она взлетает. Дрожит и горит, пока я догоняю свое удовольствие и снова кончаю в нее.

Закрыв глаза, которыми все равно ничего не вижу из-за слишком яркой вспышки удовольствия, дышу. А потом распахиваю их, когда пальцы Тони ложатся мне на лоб и аккуратно убирают прядь волос, прилипшую к нему. Отшатываюсь и выхожу из Тони. Встав с кровати, оборачиваю бедра полотенцем и, бросив взгляд на Тоню, ухожу в свою спальню. Не могу сейчасна нее смотреть. Рядом с ней я становлюсь каким-то неконтролируемым и неадекватным.

Тоня

После его ухода я еще несколько минут смотрю на дверь, не веря в то, что он вот так просто, молча вышел. Как будто использовал меня. И теперь я чувствую себя резиновой куклой с функцией голоса.

Горечь затапливает меня и, повернувшись на бок, я плачу. Много и долго. Жалею себя, потому что до сих пор чертовски сильно люблю Юдина. Настолько сильно, что грудную клетку как будто разрывает от этих чувств. И даже такие его поступки не позволяют этому чувству ослабнуть. Но должны же! Это должно когда-нибудь закончиться!

Когда успокаиваюсь, мне внезапно приходит мысль, которую я тут же пытаюсь прогнать, потому что она ведет к глупым фантазиям о том, как все могло бы сложиться, если бы… Нет! О таком даже фантазировать опасно! И все же… Если бы он сам в меня влюбился?

Откровенно говоря, когда Святослав Михайлович заботился обо мне во время болезни, у меня закралась мысль о том, что он, возможно, уже питает ко мне нежные чувства. Иначе зачем бы он беспокоился о бывшей горничной и укладывал ее в свою кровать? Или даже когда комната Максика была готова, Юдин мог смело отправить меня в свою. Но нет же, он оставил меня в главной спальне до полного выздоровления. Вот что это за забота? Чем вызвана необходимость в ней?

Закрываю глаза и все же позволяю себе поплавать в запретной фантазии. О том, как бы вел себя Святослав Михайлович, будь он влюблен в меня. Дарил бы цветы? Занимался со мной нежным сексом? Шептал перед сном о том, насколько я дорога ему? Интересно, он вообще способен на подобное?

Вот так в своих фантазиях я и засыпаю. А утром, свозив сына к врачу для снятия швов, оставляю его няне и репетитору по английскому, а сама еду в торговый центр. Да, проснувшись, я приняла решение. Возможно, не самое умное в моей жизни, но что поделать? Я вообще не отличаюсь правильными решениями. Взять хотя бы решение переспать с боссом.

В торговом центре я целенаправленно иду в магазин женской одежды. Меряю подряд несколько платьев, пока не нахожу то, которое подходит для моих целей. В нем довольно глубокий вырез на груди. На грани приличия. Да, у меня не выдающиеся формы, как у невесты Юдина, но бельем можно выгодно подчеркнуть то, чем одарила меня природа.