Книга Клятва маркиза, страница 39 – Натали Карамель

Перед сном, глядяна потолок башни, я чувствовал это тихое, уверенное биение внутри. Завтра Тибаль даст новое задание. Большое. Сложное. Я был в этом уверен. И я был готов. Мои руки, сильные и умелые, лежали на груди. Мускулы наливались силой. Мысли были ясными. От нежного юноши Шарля не осталось и следа. Остался солдат. Мужчина. И ему нравился этот новый рассвет его жизни. Даже если он начинался с подзатыльника от старшего брата.

Пять месяцев.

Пять месяцев стали, пота, порохового дыма и неумолимой крепостной дисциплины. Я не просто вырос – я выковался. Плечи, и без того широкие, налились буграми упругой мускулатуры, превратив грубую ткань мундира в тесную оболочку. Грудь стала массивной, как дубовая балка, пресс – рельефной плитой под загорелой кожей. Руки, прежде ловкие, но тонковатые, теперь были сильны, как у кузнеца, каждый удар шпагой или приклад ружья отдавался сокрушительной мощью. Лицо потеряло последние следы юношеской округлости, скулы заострились, а в глазах, некогда мечтательных, теперь жил спокойный, оценивающий взгляд солдата, видавшего кровь и знавшего цену жизни. Я был грозой на тренировках, стеной в засадах, молнией в коротких, жестоких стычках с контрабандистами. Тибаль, наблюдая, как я прикрываю Пьера градом выстрелов или вытаскиваю на себе раненого Люка из-под обстрела, лишь кивал, и в его глазах, помимо привычной насмешки, горело неподдельное уважение и что-то очень похожее на гордость. «Наш Принц», – говорили обо мне в строю, и в этих словах не было иронии, только признание.

Мои редкие выходные стали легендой «Веселой Лодочки». Не то чтобы я проводил там каждый – задания бывали срочные, караулы – долгими. Но когда выпадал свободный день, я неизменно направлял стопы в знакомый переулок. И там меня ждал не просто отдых тела, а триумф. Моя сила, выносливость, искреннее, почти благоговейное внимание к девушкам и та неистовая, юношеская страсть, которую я научился направлять, сделали меня любимцем.

Я не просто брал – я учился, открывал новые грани удовольствия, и женщины отвечали мне взаимностью, видя во мне не просто клиента, а желанного любовника. Это льстило невероятно.

На четвертый мой визит (не подряд, а четвертый по счету за эти месяцы) случился казус. Служба закончена, мундир почищен, оружие сдано в арсенал. Я шагал по знакомому переулку к «Веселой Лодочке», предвкушая долгожданную разрядку. Воздух вечера был теплым, пахнущим рекой и жареными каштанами. Я уже представлял прохладу комнаты, ласковые руки, забвение... Но у самого порога заведения меня встретил Тибаль. Не внутри, а у входа, с видом раздраженного хозяина, подсчитывающего убытки.

«А, наш Казанова!» – Тибаль не улыбнулся. Его увесистый подзатыльникбыл скорее ритуальным, но чувствительным. «Опять идешь сеять хаос в финансах, Принц?»

Я смущенно потер затылок: «Тибаль? Что случило...»

«Что случилось?» – Тибаль перебил, понизив голос. «Случилось то, что мадам Гислен грозит мне вилами! Девчонки дуреют от твоих мускулов и галантных речей! Отказываются брать с тебя плату, как последние дурочки! Дом несет убытки, щенок! Понимаешь? Убытки!»

Я растерялся. Мне льстило, что девушки меня так выделяют, но прагматичный гнев Тибаля и угроза гнева мадам отрезвили. «Я... я не знал, Тибаль. Я всегда платил...они отказывались»