Книга Клятва маркиза, страница 46 – Натали Карамель

Никто не смотрел прямо на меня. Никто не сказал: «Мы знаем». Но в тишине, в тепле костра, в этих рассказанных и недорисованныхисториях было понимание. Товарищество. Они не лезли с утешениями. Они просто… были рядом. И делились своими шрамами.

Тибаль протянул мне кусок мяса на заостренной палке. «Ешь, Принц. Остынет.»

Я взял. Горячий жир обжег пальцы. Я откусил. Мясо было жестковатым, дымным, невероятно вкусным.

«Спасибо,» – прошептал я, не поднимая глаз. Не за мясо. За все.

«Не за что,» – буркнул Тибаль, отхлебывая вина. Его взгляд скользнул по мне, и в нем не было ни жалости, ни осуждения. Только спокойное принятие. «Завтра рано вставать. Кто первый на караул?»

Разговор перешел на бытовое. Но что-то внутри меня сдвинулось. Камень не исчез. Но он больше не был одиноким утесом в пустыне. Он был частью ландшафта, по которому шли другие. А над нами, в прорехе между ветвями черных дубов, засияли первые, яркие звезды. Холодные, далекие, но бесконечно красивые. Как ее глаза когда-то. Боль сжала сердце, но уже не с такой силой. Было горько, но… не безнадежно.

Костер трещал, отбрасывая теплый свет на лица моих товарищей. На Пьера, жующего и ухмыляющегося. На Люка, снова с каменным лицом, но с медальоном под рубахой. На Жана, чей взгляд был прикован к пламени, где, наверное, он видел лица своих Мари и мальчишек. На Тибаля, спокойного и надежного, как скала.

Я откинулся на свернутый плащ, глядя в звездное небо. Дорога, природа, костер, жареное мясо, вино… и эти истории. История Тибаля о недосягаемой красавице, история Пьера о пирожках и пинках, трагедия Жана, немой рассказ Люка. Что еще нужно для залечивания душ? Не избавления от боли, нет. А для того, чтобы понять: ты не один. Чтобы найти в себе силы нести свою ношу дальше. Потому что дорога продолжается. И товарищи идут рядом.

Утро после костра выдалось ясным, июльским, душным от зноя, который уже висел в воздухе, обещая настоящий жар. Задание было выполнено – депеша вручена, ответ получен. Тибаль, оценив путь обратно и усталость коней, махнул рукой: «До завтра отдыхаем. К вечеру – в седла. Не теряться!» Товарищи радостно зашумели, разбредаясь кто куда: кто в трактир, кто просто поспать в тени, кто побродить по незнакомому городку у переправы.

Я выбрал бродить. Городок был невелик, но живой, шумный, пропитанный запахами реки, рыбы, пота и цветущих лип. Солнце палило немилосердно, заливая белизной стены домов. Девушки в легких платьях, с зонтиками от солнца, кокетливо улыбались мне, провожая взглядом мощную фигуру в солдатском мундире. Мальчишки, игравшие в мяч у фонтана, замирали, разглядывая меня с почтительным страхом, а потом начинали носиться с удвоенной энергией, стараясь показать свою удаль. Это забавляло. Было просто, тепло, по-летнему. Камень под ребрами все еще лежал, но его острые края, казалось, чуть сгладились после ночного костра и откровений.

Почти сам не осознавая, как, я свернул в тихую улочку, где запах жасмина смешивался с чем-то другим, знакомым и навязчивым. И вот он – еще один дом утех. Скромнее «Веселой Лодочки», без вычурной вывески. Просто дверь и решетчатые ставни. Мадам, полная, усталая женщина с глазами, как у старой гончей, сразу ко мне подкатила.

«Мсье солдат! Добро пожаловать! Кого прикажете? У нас девицы на любой вкус! Рыженькая, брюнетка, пышненькая…»